Я еле работаю, часто нахожусь в своих мыслях, но, кажется, пациенты этого не замечают. В какой-то момент я даже взял отпуск и все, что делал целую неделю, так это пил и следил за ней. Мой мозг будто попал в клетку, жить в таком темпе стало невыносимо.

Слова о разводе рвались из меня, но каждый раз я удерживал их в себе.

— Смотри, — вырывает меня из мыслей Эмилия и, сморгнув, поворачиваюсь к ней.

Она поворачивает ко мне альбомный лист, на котором изображен я. Это еще не законченный рисунок, черно-белый, набросок карандашом. Видимо, она нарисовала это, пока я думал о том, как все паршиво.

Мы сидим на диване в гостиной, Эми лежит на мои коленях, пока я в тишине перебираю ее волосы.

Моих губ касается еле заметная улыбка.

— Красиво, — хвалю я. — Ты у меня очень талантливая.

Эми долго смотрит на меня, будто что-то выискивает на моем лице, а после вдруг садится, кладя альбом на спинку дивана. Сев на пятки, она кладет руки на мои бедра, и я по инерции накрываю их своими.

— Ты снова грустный. О чем думаешь?

О твоем уходе. Но я не могу сказать ей этого, почему-то мне всегда кажется, что, если сказать ей эти свои мысли вслух, она тоже начнет всерьез задумываться об этом, а как бы я ни считал неправильным держать ее рядом с таким поломанным человеком, как я, мне не хочется, чтобы она уходила. Этот день, вероятнее всего, когда-нибудь настанет, однако мне нужно немного времени.

Кому я вру? Никогда не смогу подготовиться к уходу этой женщины из своей жизни.

— Сегодня было много тяжелых пациентов, не могу перестать размышлять об их проблемах, — быстро лгу я.

С каждым разом скрывать правду становится все легче и легче. Это тоже пугает. Такое чувство, будто пытаюсь удержать Эми рядом на лжи.

— Хочешь поговорить об этом?

— Нет, лучше поцелуй меня.

Она целует. Она всегда делает то, что я прошу. Обнимает, целует, заботится. Но это происходит только по моей просьбе, в последнее время от нее практически не исходит инициативы. Мы все еще наслаждаемся поцелуями и секс у нас яркий, но даже он не способен держать эти отношения на плаву. Мне бы так хотелось быть кем-то другим. Быть достойным ее. Быть именно таким, о котором она мечтала.

Как долго мы продержимся, прежде чем наш карточный домик окончательно рухнет? Осталось совсем немного, чувствую это всеми фибрами своей души. Смогу ли я вылезти из этого всего? Как вбить в свой мозг, что бесплодие — это не конец жизни? Что можно быть полноценным даже когда не способен подарить этому миру детей. Да и что значит не способен? В мире есть возможность осчастливить себя ребенком, даже когда у тебя стоит этот паршивейший диагноз.