Глава 7
Страница 51 из 139
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 7

Страница 51

— Можно поставить его лотом на торги в ночь на пятое, — предложил я. — Уйдёт около двадцати восьми, вам на руки двадцать пять с лишним, в субботу, здесь, через кассу. А можно продать магазину сейчас. Пятнадцать тысяч, деньги у хозяйки магазина в девять.

— Двадцать пять тысяч? За один? — Она глянула на расписку, где за первый стояло восемь четыреста. — Тогда два дня я потерплю.

В квитанцию на Ларисином бланке я вписал вещь с описанием, сдатчицу, дверь на Ильича, «на 5.12», условия продажи и строку «Лот ведёт по поручению: Беляев М.». Женщина прочла её дважды, водя пальцем по строчкам, и только тогда расписалась. После расписки из скупки уважения к бумагам у неё, видно, прибавилось.

— А первый я назад попрошу, — объявила она, пряча квитанцию в сумку. — Верну им деньги, пусть отдают.

— Скупка назад не отдаёт, — предупредил я.

— Посмотрим, — упрямо ответила она.

Удерживать её я не стал. Вещи мамины, ей и решать.

Без пяти девять пришла Лариса, а как увидела на прилавке подстаканник и бланк под ладьёй, так и встала, даже шарф не размотала.

— Из скупки и к нам? — удивилась Лариса. — Три недели скупка у остановки стоит, и вы первая, кто от них к нам пришёл.

Женщина забрала расписку, кивнула Ларисе, как старой знакомой, и убежала на работу.

Лист я писал уже без неё, как поверенный, а расписка всё не шла у меня из головы. Цену вещи ставит тот из чужих, кто первым возьмёт её в руки. Первый мамин подстаканник первой взяла скупка, второй — я. И чтобы такой расклад не остался счастливой случайностью, вещам надо попадать к нашей двери раньше, чем в скупку. Я дописал лист, сдал смену и поехал отсыпаться.

* * *

В ночь на пятницу со мной за прилавком сидел Лузгин, которого Лариса пустила до двух. Шерстяную шапку он так и не снял и засел над листами лотов основательно, как у себя на барахолке, — огрызок карандаша в руке, термос у локтя, рядом пакет пирожков с рынка. Дверь в подсобку стояла открытой, и с прилавка видна была полка с шестью лотами. Подушка Лузгина, таз Серого, два лота перекупщиков, которые днём приняла Лариса, игрушка в газете и подстаканник.

Молоток я вынул из рюкзака и положил к листам. Торги в ночь на пятое декабря, и за любой лот на них ручаюсь я как держатель, поэтому листы я сверял с полкой, лот за лотом. Лист подушки Лузгин написал своей рукой ещё во вторник у Ларисы, указал барахолку и узел белья, поручился сам.

— Двенадцать тысяч, — бубнил Лузгин, подчёркивая цену перекупщика и ставя на полях свою, пониже. — Это кто ж даст двенадцать? Это ж надо, чтоб у человека лишние были.

назадназад
1 ... 49 50 51 52 53 ... 139
впередвперед