Глава 4
Страница 24 из 139
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 4

Страница 24

— Ты, Боря, сорок лет у Книги торгуешься, — проскрежетал попугай. — У тебя эта птица к утру замолчит навсегда.

Мухин побагровел и захохотал первым, а за ним басом, с кашлем, загудели старики «Квадрата».

И тут из-за нашего стола, опираясь на палочку, поднялась Нелли Борисовна Зубарева.

— Десять тысяч, голубчик, сколько вы и хотели, — предложила она. — Я всю жизнь говорю людям правду в глаза, а одно так и не сумела сказать.

Мухин махнул рукой и сел.

— Зубаревой. Десять тысяч, — решил Пашнин.

— Зубаревой. Десять тысяч, — повторил попугай.

Надежда Аркадьевна ударила.

Зубарева заплатила у Книги. Пашнин молча отдал ей попугая в руки и сошёл к столу «Квадрата», а она понесла птицу к нашему столу, прижимая к груди и её, и палочку.

— «Ладья». Ведёт Гладких, — объявила Хранительница.

Гладких застегнул пиджак на одну пуговицу, сам принёс от своего стола шахматные часы и взял у Надежды Аркадьевны рабочий молоток. Лист он читал с часами в руках, спокойно, приятно, ни разу не запнувшись, и за двумя-тремя чужими столами его слушали с улыбкой. Мне было не до улыбок, всякое слово я ловил, но неправды в листе так и не нашёл. А над помостом повисла плашка, знакомая мне с первой ночи:

Что делает: замедляют время, пока идёт твой ход.

Получателем в листе стоял тренер шахматной секции. Гладких назвал его фамилию и цену, и фамилия мне снова ничего не сказала. Поднялся невысокий мужчина в вязаном жилете у дальнего стола, и молоток стукнул по кафедре. Тренер отнёс к Книге конверт, Гладких отдал ему часы, и тот сразу пощёлкал кнопками, щёлк-щёлк, будто садился играть.

Передача состоялась. Провёл: Гладких. +400 очков.

Гладких вернул молоток Надежде Аркадьевне и, сходя с помоста, коснулся ладонью левого лацкана, под которым у него лежали карманные часы Нининого прадеда.

* * *

Без четверти два дошла очередь и до нас, и рабочий молоток Надежда Аркадьевна протянула мне.

— Дом быта. Ведёт Беляев, — объявила она.

Сундук ждал у нашего стола. Ключ от гаража я отдал Серому ещё перед поездкой к Кузе, вечером Серый с помощником сундук забрали, а после полуночи внесли в зал через дверь Дома быта, ту, что сторожит шапка Валентины Петровны в витрине «Мехов». К помосту лоты обычно подают люди в чёрном, но, пока я искал их глазами, у сундука уже стоял Жека и держался за ручку на одном торце.

— Без меня не понесут, Макс! — заявил Жека и хлопнул ладонью по жестяной крышке. — Он мне спину сорвал, думает, победил? Сегодня реванш!

Серый, от которого и здесь тянуло табаком, молча взялся за ручку на другом торце.

Отговаривать Жеку при людях я не стал. Но за спину его я бы не поручился, а сундук на пятьсот тысяч ронять на глазах у хозяина не собирался. Я положил рабочий молоток на кафедру, спустился к нашему столу и подвёл руку под дно с Жекиной стороны.

назадназад
1 ... 22 23 24 25 26 ... 139
впередвперед