Дориан не отодвигается — делает вид, что не замечает. И делает вид, что внимательно вникает в опусы поэтов. Но я замечаю его рассеянный взгляд, который, время от времени, скользит в мою сторону, и так же быстро отводится. Думаю, мысли жениха заняты мною.
Я права — ладонь принца "случайно" касается моей, замирает, а потом решительно накрывает. Наши взгляды встречаются, и уже не отводятся. В глазах, которыми Дориан буквально поедает меня, радость, нежность, ошеломление — много всего.
Мы словно подростки, скрывающие первую любовь, и желающие, что бы о ней знали. И мы пока не понимаем, что это за чувство...
Робость и нежность, неуверенность и убежденность... И чистота помыслов в отношении друг друга — нам достаточно взглядов и случайных прикосновений, наполняющих душу пьянящей шальной радостью.
Как это мило!
Но тут приходит очередь Дориана читать стихи. С неохотой он отпускает мою ладонь, и выходит на середину зала.
— В присутствии красавицы мир меркнет. Среди деревьев яркая луна. Когда вновь увижусь с тобой? — декламирует принц.
И смотрит на меня. Стихотворение для меня? Про меня!
Аплодирую вместе со всеми.
Этим Дориан и ограничился. Не стал читать больше ничего — наверное, хотел побыстрее вернуться на диван, ко мне.
Однако, друзья принца требуют, чтобы и я поучаствовала.
Я? Ну удумали! Где это видано, что бы члены жюри участвовали в конкурсе, который судят?
Но гости настаивают, Дориан не против... Боже! Разве я обязана писать стихи?
Однако, улыбаясь иду к принцу, который ждет меня на «сцене», и лихорадочно соображаю, что мне прочитать, выдав за свое?
В голове крутится только — "Буря мглою небо кроет..." По-русски. А на местном никаких стихов не знаю. Кроме...
Встаю рядом с Дорианом, который ободряюще улыбается. И я улыбаюсь, размышляя — никто из присутствующих точно не бывал в спальне Лиама, и не видел картину с лилиями. И никому из светлых он точно не читал стихи.
— Листья роняет, Словно любовница платье… Вечером ласки нежнее! — декламирую я.
И жду аплодисментов. Однако, в зале стоит тишина, на лицах гостей удивление и отвращение.
А затем, несколько мужчин выхватывают мечи, и окружают нас с Дорианом.
Мужчины выхватывают мечи и окружают нас с Дорианом. А перед нами встает Митана, тоже с обнаженным оружием.
Ой мамочки! Это что, революция?
Дориан берет меня за руку, и тоже вынимает палаш.
Кодер бросается к нам, и вскидывает руку с веером.
— Как вы можете направлять оружие на правителя? — рявкает он нападающим.
— Мы бы не посмели бы напасть на Его Высочество! — мрачно отвечает один из бунтовщиков — Но она...