— Мы и раньше были не одни! — замечаю я, любуясь своим отражением, и своими новыми украшениями — Или Вы Кодера и себя за людей не считаете?

— Сегодня будет гость! — произносит Митана, как ни в чем не бывало, и добавляет — И, Вам, миледи, следует вести себя прилично!

Возмущаюсь:

— Прилично? Я что, совсем невоспитанная, по-вашему?

Помощница игнорирует мое высказывание, и продолжает:

— Не следует называть принца по имени, даже если вы наедине, а только милорд, или Ваше Высочество! Не следует приближаться к нему, или другим мужчинам меньше, чем на расстояние вытянутой руки! Не следует прикасаться к принцу, или кому-либо другому, трогать, брать за руку! Не следует...

— Это Дориан велел мне передать? — спрашиваю, намеренно называя принца по имени.

— Нет, но...

— Вот пусть он мне сам и скажет! — заявляю я, и сообщаю Рете, что готова отправляться на встречу с принцем и гостями.

На этот раз, обед проходит в Большой столовой. По дороге Рета просвещает меня, что есть еще Королевская Трапезная — для торжественных случаев. Но сейчас мы направляемся не туда.

Я думала, что после Малой столовой меня уже ничем не удивить. Я ошибалась.

Митана приводит меня к огромным, двустворчатым дверям из полированного белого мрамора, испещренного золотыми рунами. Двери светятся мягким внутренним светом, и когда мы подходим, руны вспыхивают ярче, и створки беззвучно расходятся в стороны, приглашая войти.

Помещение оказывается большим, вытянутым в длину, как главный неф древнего собора. Высоченный сводчатый потолок терялся где-то во мраке, и его своды поддерживают колонны в виде переплетенных стволов деревьев. Их серебряная «кора» мерцает, а на ветвях вместо листьев распускаются и медленно гаснут крошечные огоньки, похожие на звезды или светлячков, создавая иллюзию волшебной ночи над головой.

Но самое поразительное находится в дальнем торце зала. Там со стены низвергается бесшумный водопад, но не из воды. Это поток чистого, жидкого света, золотисто-платинового, который струится вниз, разбиваясь о пол мириадами сияющих брызг, которые превращались в танцующие в воздухе искорки, медленно поднимающиеся вверх, к звездному потолку. Этот светопад является главным и единственным источником освещения, и он заливает зал мягким, неземным сиянием.

Стен, как таковых, тоже нет. Вместо них по обеим сторонам зала простирается живой, дышащий лес. Я вижу, как колышется папоротник, как олень, пугливо оглядываясь, пьет из ручья, как беззвучно пролетает сова…

Стол, который тянется почти через весь зал, выточен из единого, бесшовного куска дымчатого кристалла. Он абсолютно прозрачен, и сквозь его толщу виднеется пол, выложенный темным камнем, похожим на ночное небо. Вокруг стола стоят стулья из черного дерева с высокими резными спинками и подлокотниками в виде спящих драконов. Их не меньше тридцати.