— Тише… тише, моя маленькая… Они погибли, но мы то живы! И мы в безопасности.

Он успокаивает меня. Не я его, а он меня.

Эта общая скорбь — его холодная ярость по брату, моя горячая боль по подруге — связывает нас еще крепче, чем страсть.

В последующие дни я редко его вижу — Лиам с головой уходит в дела. Сначала — пышные, мрачные похороны. Потом — присоединение осиротевшего герцогства Донта к его землям. Петер снова пытается вставить палку в колеса, требует отдать земли ему, но Лиам непреклонен.

— Я строю империю, — говорит он мне за ужином — а не раздаю куски пирога голодным родственникам. Моя страна будет единой и сильной.

Мы встречаемся только за ужином, но после него не расстаемся до самого утра. Я засыпаю в его объятиях и просыпаюсь от его поцелуев. В эти моменты, в тишине его спальни, вдали от интриг и крови, я счастлива. Счастлива так, как никогда не была в жизни. Это странное, горьковато —сладкое счастье, замешанное на горе и страсти.

И я смотрю в глаза короля, и думаю, что он тоже счастлив.

Однажды вечером, когда мы сидим у камина с бокалами вина, я прошу его:

— Расскажи мне про Орех и про смерть Мудреца, который его создал. Что тогда произошло, и как в этом замешана я? То есть, Ангелика.

Лиам смотрит на огонь, его лицо становится жестким. Он начинает рассказывать:

— Информацию об Орехе добыла именно она, Ангелика. Она же и договаривалась с Мудрецом о продаже. Поэтому я и взял ее с собой в его башню, когда отправился за Орехом.

Переговоры прошли успешно. Мудрец показал нам артефакт, чтобы я проверил его магию. Но в руки он мне его не дал, а я не стал применять силу — хотел, чтобы все было честно, так как планировал, в дальнейшем, с ним сотрудничать.

Я отдал ему деньги. Много. Он ушел в соседнюю комнату вместе с Орехом, чтобы проверить золото и составить документ, и очень долго не возвращался. Я отправил Ангелику проверить, что случилось.

Лиам делает глоток вина.

— Она тоже не возвращалась. Тогда я пошел сам. И обнаружил умирающего Мудреца, пустой футляр от Ореха и второй, потайной выход. Попытался помочь мудрецу, но безрезультатно — он скончался на моих руках.

После этого кинулся догонять беглянку. И нашел ее возле башни, черт возьми, тоже мертвую!

В ее глазах, в ее последних мыслях, я увидел, кто ее убил и за что. Но информации об Орехе там не было. Зато я узнал, зачем этот артефакт был Ангелике нужен. Чтобы убить меня.

Лиам смеется коротким злым смехом и замолкает.

— Она убила Мудреца? — горестно спрашиваю я.

— Нет! — он снова замолкает, а потом тихо добавляет — Мудрец перед смертью успел сказать, кто это сделал.