— Саш, постой, — теплая рука мягко легла на мое запястье. Тем не менее вызывая отторжение.
— Не надо меня трогать. Пожалуйста, — попросила я, еле сдерживаясь, чтобы не заорать.
Студенты торопились, обходя нас.
— Ты — девушка Холодова? — Дима испытующе смотрел мне прямо в глаза, но руку мою он выпустил.
Вот чего он лезет?
— Дима, я не обязана ничего тебе объяснять, — мой голос звучал глухо. Но это была правда.
— Ты права. Но если у меня есть шанс, я бы его хотел использовать, — он говорил спокойно и рассудительно, не переходил грани. И оттого бесил еще сильнее.
— Шанс залезть мне в трусы? — отчеканила я, сама поражаясь своей бесцеремонности. — Нет, у тебя его нет.
И заспешила на пару. Не знаю, отталкивала я бы его, если бы хоть что-то к нему почувствовала. Но я не чувствовала. Значит, незачем морочить человеку голову. Тем более, вызывая риск, что парни схлестнуться между собой.
Я злилась на Артема. Была обижена его словами. Хотя в них и было что-то здравое. Нет, не то, что я считала себя ниже его. Это было не так. Но разница была. И отрицать ее наличие — нелепо.
Последнюю лару я сидела как на иголках. Что же делать мне сейчас? И закрадывалась трусливая мысль просто уйти раньше с пары и запереться в общежитии. Мне почему-то казалось, что Артем меня снова обидит.
Но он мне не дал такой возможности, хотя я почти решилась так поступить. В пятиминутный перерыв в занятиях я решила уйти. Выглянула в коридор и обомлела. Артем караулил меня. Зашел в университет почти на час раньше. И ждал меня под дверью. Побег не удался. Как его пропустили?
Выходить в коридор после окончания пары я медлила. Почти никого не осталось. Я же пыталась подавить приступ тахикардии. У меня проблемы с сердцем? До сегодняшнего дня не подозревала об этом. А еще руки были холодны как лед. И ладошки вспотели.
Ну, хватит! Не съест же он меня⁈
Хотя в этом у меня появились определенные сомнения, когда я все же набралась смелости и выползла из аудитории. Взгляд Артемы потемнел, зрачки увеличились. Это я поняла, когда подошла ближе. И теперь я бы не стала так уверенно утверждать, что меня не съедят. Очень было похоже, что от меня даже костей не оставят.
И снова мужские пальцы сомкнулись на моей руке.
— Пошли, — короткое, сухое. А ладонь у Артема просто пылает. Холодов не задавал вопросов, не спрашивал позволения, он просто повел меня за собой точно зная, что это именно то, чего я хочу на самом деле.
Я шла за ним. И это было до ужаса правильно. Так, как надо. Его руки помогали мне одеться возле гардероба, открывали передо мной двери, в том числе и дверцу его машины, помогали мне забираться внутрь, дотрагивались до моей щеки. Так ласково, как мне казалось, он делать не умеет. Но он умел. Его руки были единственным, на что я отваживалась смотреть, потому что внутри меня рождалось что-то очень-очень сильное. То, что я не могла остановить. Да и не собиралась.