– Я тоже был в этом уверен. Виктор, всё вышло как вышло. Мы же с Гелей не против, чтобы вы общались с детьми.
– Мне от этого не легче.
– Надеюсь, я в реанимации не потому, что ты хочешь от меня избавиться?
– И это твоя благодарность?
– Я как тот лось из анекдота.
– Есть силы шутить? Повесели и меня.
– Лось с будуна приходит к реке… Жадно пьёт. Охотник подкрадывается сзади и стреляет в него. Лось продолжает пить. Охотник снова стреляет… И снова. Лось поворачивается к нему и говорит: «А я-то думаю, вроде пью, а мне всё хуже и хуже».
– Ха! Забавно. Нет, Лёш, я никогда не стреляю в спину. У тебя и так врагов хватает. И у меня есть для тебя плохая новость. Убрать тебя хотят твои коллеги по цеху, но с ведома определённых структур. Поэтому ты в реанимации. Здесь тебя точно никто не достанет. Но вот что ты будешь делать, когда выйдешь?
– Заберу Гелю и пацанов. Уедем.
– И много ты таких везунчиков знаешь?
– Предлагаешь застрелиться?
– Упаси Господи!
– Тогда что?
Виктор достаёт из кармана маленькую бумажную икону и кладёт рядом с моей рукой:
– Молись.
– Я разрулю всё, – накрываю образ ладонью.
– Только какой ценой?
– Не мороси! Имена знаешь тех, кто меня заказал?
– Нет пока, – Виктор звонит по телефону и хмурится: – Артур вне зоны. Куда сорвался?
– Он разве не у Гели?
– Нет.
Выдыхаю с облегчением:
– Братишка у меня классный. Жаль поздно встретились. Почему нельзя было общаться по-людски?
– Не ко мне вопрос, – поднимает руки Виктор. – Твой отец запретил Марине общаться с тобой. А потом мы с твоей мамой всё время в командировках были. Артур у бабушки с дедушкой больше жил, чем с нами. До сих пор чувствую вину перед ним.
– Поэтому лезешь во все его дела? Он давно не мальчик.
– Ты мне морали собрался читать, что ли? – усмехается Виктор. Вижу, задел его за больное.
– Ты-то мне читаешь.
– Потому что ты в беде. Удивительное дело… Ты характером больше похож на меня, чем мой собственный сын.
– Я сын своего отца.
– Вне всяких сомнений. Ладно, мне пора, – Виктор поднимается со стула и протягивает мне руку. Отвечаю слабым пожатием.
– Ты зайдёшь к Геле?
– А надо?
– Как подумаю, что она там одна…
– Ладно, зайду. Спокойной ночи.
***
Геля
Медсестра не может ответить ни на один вопрос. Душа болит за Алекса и за Артура, за Бориску и Глебушку.
– Вам снотворное уколоть? – медсестра помогает мне дойти до кровати.
– Да я только недавно проснулась.
– Потому и спрашиваю. Будете мучиться всю ночь.
Стучат в дверь, и я с надеждой отвечаю:
– Да!
Виктора увидеть ожидала меньше всего, да ещё с букетом белоснежных хризантем.
– Ангелина Матвеевна, моё почтение!