— Фигово, — согласился Джейсон, протягивая ей кофе. Энджи отхлебнула горячую жидкость и впервые внимательно посмотрела на Джейсона.

— А с тобой что такое? Ты как лимон съел, — улыбнулась она.

— Долгая история… Вчера сильно поссорился с друзьями в игре.

— И как тебе это удалось?

— Ну, я придумал, как заманить игроков в подземелье, где я устроил засаду, чтобы их убивать и забирать тела для моего города. Много раз подряд. Так я смогу увеличить в игре свою армию на пару тысяч за один день вместо недель.

— Звучит, конечно, чудовищно; но поскольку это игра, то в чем проблема?

— Проблема в том, что я не сказал об этом Райли и Фрэнку, которые думали, что мы просто зачищаем данж.

— Ага. Так понятнее. И вчера вечером все всплыло.

— Типа того. Но я все равно не понимаю, чего они так взбеленились. Ну да, надо было сказать про план, но ведь ничего ужасного не случилось…

Энджи помолчала, глядя в угол кухни.

— Доверие — вещь сложная. Не люблю про это говорить, но когда-то я была замужем, — она сделала неопределенный жест рукой, — как видишь, дело не пошло.

Энджи опять впала в задумчивость. Джейсон и раньше думал, откуда у нее её фамилия, но не спрашивал, подозревая, что она не хочет об этом говорить.

— Мне казалось, мы счастливы. У нас было много общего, мы путешествовали, сидели вечерами у телевизора и болтали. Все как полагается в счастливом браке. Я уже начала думать о детях, — Энджи что-то высматривала в глубине своей чашки. — Мне и в голову не могло прийти, что Крис может изменить мне. Я бы так ничего и не узнала, если бы не наткнулась на них однажды, — она закрыла глаза и помолчала. — Измена и развод нехороши, но дальше — хуже: такие вещи меняют тебя, и ты теряешь веру в других. Ты начинаешь с подозрением смотреть на друзей и даже на семью. Потом я практически ни с кем не встречалась, да и с твоими родителями стала держать дистанцию. Я словно отрезала себя от мира, стала бояться людей… Что я хочу сказать: доверие — хрупкая вещь. Я ничего не знаю про твоих друзей, через что они прошли; но даже мелкие предательства глубоко ранят тех, кому и без того плохо, — она хмыкнула, — прости за лекцию: пожилые женщины любят учить жить.

На этом беседа завершилась. Энджи прихлебывала кофе, Джейсон думал о сказанном. Возможно, она права. Пусть вранье было невелико, но что он знал о состоянии души Райли или Фрэнка? Старик говорил об этом: его друзья — люди со своими чувствами, желаниями, надеждами. А что он об этих последних знает?

Он вспомнил последние события. Резня в Пеккави. Какими глазами смотрела на него Райли, когда думала, что он убьет жителей помимо их воли… Он вспомнил один разговор, в котором она говорила, что должна еще научиться ему доверять. Возможно, он не представлял себе масштабов травмы, нанесенной Алексом. Что если он для нее был всего лишь еще одним предавшим ее человеком?