Фрэнк и Райли были уже на расстоянии ближнего боя. Кинжалы Райли сияли красным. Она нанесла несколько ударов по телу гидры, но быстро поняла их неэффективность. Тогда она переключилась на красную голову, пригвожденную к полу сталактитом. Нанося удары в глаза и уворачиваясь от пламени, изрыгаемого головой, Райли прыгала с места на место, пока ей не удалось вогнать кинжал глубоко в красный череп, прикончив огненную голову.
Фрэнк рубил топорами шею желтой головы. Желтая голова понимала, что гибнет, она взвилась к потолку и раскрыла пасть, в которой заклубилось электричество. В короткое время светящийся шар набрал такую яркость, что невозможно стало смотреть, Джейсон отвел глаза, спешно пытаясь придумать что-нибудь. Он велел двум минотаврам развернуть катапульту и скомандовал «Огонь!». Зомби взвился в воздух и полетел в сторону желтой головы. Руки Джейсона совершили привычные действия, волокна темной энергии понеслись вслед камикадзе. Мир на мгновение замер; Джейсон видел зависшего в воздухе культиста, Фрэнка с поднятыми над головой топорами, Райли с черной стрелой, замершей на тетиве лука.
Тут зомби ударился о голову гидры одновременно с вонзившейся в нее стрелой. Взрыв тела и Вортекс-стрела сработали одномоментно. Раздался оглушительный грохот, вспышки света и клочья энергии залили пещеру. Фрэнка отбросило в сторону на несколько ярдов. Когда пыль и повисшие в воздух капли крови рассеялись, Джейсон увидел, что желтая голова полностью уничтожена, остался только кровавый пенек шеи. Гидра была повержена.
Алекс открыл глаза. Он стоял на том же деревянном помосте, но мир вокруг подернулся неземной дымкой, в которой плавали сгустки голубой энергии. В центре помоста он видел собственную согбенную фигуру, склоненную над плахой, и палача с занесенным топором. Вокруг стояли люди, у многих были слезы в глазах; крики протеста доносились до его ушей.
— Неплохо получилось, — раздался женский голос. — Мне кажется, тебе нравится терять голову, — насмешливо добавила Леди.
Алекс подавил гримасу и обернулся. Она была в своей обычной белой тунике, в ее изящных пальцах порхала пилка для ногтей.
— Честно говоря, — сухо сказал Алекс, — сейчас не помешало бы чудо.
Леди, казалось, не слышала, и он собирался повторить просьбу, когда она произнесла:
— В Серой Крепости скопился запас силы: ты своими действиями разбудил религиозную энергию населения. На одно представление должно хватить. Чего ты хочешь?
Алекс колебался. Что нужно сделать, чтобы вызвать бунт? Воспоминания, посетившие его утром, мешали ему сосредоточиться. Зачем он вообще все это делает? Что значит эта ничтожная игра по сравнению с пережитым им в действительности?