— Коль славен наш господь в Сионе, — пояснил мэр, — это после полудня исполняется, а до полудня — марш Преображенского полка.

— А можно поближе посмотреть на эти часы? — неожиданно попросил Георгий, — а то я про них много слышал, а увидеть вблизи не довелось.

— Сейчас я проясню этот вопрос, — ответил Рукавишников и скрылся в служебном помещении рядом с башней.

— Все-таки Москва это сердце России, — заметил царь, посмотрев вокруг, — а Петербург голова… один собор Покрова чего стоит, — указал он направо.

— Да, необычное сооружение, — согласился Георгий, — а напротив Кремля что за здание? В мой последний приезд сюда его тут еще не было.

— Это Верхние торговые ряды, — вспомнил царь, — только что построили… большой универсальный магазин.

Рукавишников тем временем вышел обратно на площадь и сказал следующее:

— Можно подняться наверх, я договорился. Но только это будет непростым предприятием, высота, на которой расположены часы, составляет около пятидесяти метров…

— Я на Кавказе на Эльбрус забирался, — сразу ответил Георгий, — а там не 50, а все 5000 метров.

— Я тоже в неплохой физической форме, — добавил царь, — так что ведите нас, Вергилий.

И они начали подниматься по лесенке, явно старой и давно не ремонтировавшейся — ступеньки у нее были основательно стерты.

— Всего в башне десять этажей, — пояснял по ходу подъема Рукавишников, — нижние семь служебные, на трех верхних расположен механизм привода часов… а еще сверху от часов располагается звонница и декоративная башенка с двуглавым орлом на ней… орла планируют капитально отремонтировать в ближайшее время, он сильно обветшал, нехорошо будет, если он свалится.

— Если надо — ремонтируйте, конечно, — согласился царь, — деньги я могу из своего фонда выделить. Неправильно будет, если символ государственности страны упадет с небес на землю.

Все трое плюс охранник добрались до верхнего яруса примерно на десять минут, отдышались, тогда Рукавишников продолжил экскурсию.

— А вот и собственно сами часы… самый первый механизм здесь собрали еще в пятнадцатом веке, при Иване III, но он, конечно, не сохранился — Москву с тех пор неоднократно захватывали и жгли, последним таким поджигателем стал Наполеон в 1812 году.

— Наполеон же хотел весь Кремль взорвать, кажется, — сказал Георгий.

— Да, хотел, — кивнул Рукавишников, — но вмешалась погода — дождь потушил большинство фитилей, поэтому башни устояли, взорвались только стены в некоторых местах. Так вот, относительно часов — масса всего механизма составляет 25 тонн, состоит он из двух тысяч деталей, а точность хода обеспечивает вот этот маятник.