— Ты написала, что отец вернулся, — напоминает мама. — Возник конфликт?

— Да. Из-за проекта.

Мы садимся. Я наливаю чай, кладу в чашку дольку лимона и кратко пересказываю события. Про внутренние документы, жалобу, вызов в деканат и угрозу рекомендации.

Про слова Стаса насчёт моего значения для него пока молчу.

Маме и так хватит материала для бессонной ночи.

— Вы действительно не копировали документы? — спрашивает она.

— Нет. Я записала номер компании, договора и дела. Эти сведения находились в учебном разделе. Завтра найду их в открытых источниках.

— Значит, исключать тебя не за что.

— Формально — да. Но отец Стаса входит в попечительский совет и финансирует университетские программы. Его обращение обязаны рассмотреть.

Мама хмурится.

— Он угрожал тебе?

— Сказал, что добьётся моего выхода из конкурса.

— Только это?

Я беру чашку обеими руками.

Горячая керамика согревает пальцы.

— Он грубо разговаривал. Стас вмешался.

— И?

— Его отец ударил.

Мама медленно ставит свою чашку на блюдце.

— Сына?

— Да.

— При тебе?

— Да.

— Почему Стас остался в этом доме?

— Я не знаю. Возможно, дело в компании и деньгах. Он готовится выйти из-под контроля отца, но пока не может.

Я произношу это и понимаю, что уже объясняю его поступки.

Опять.

Маша была права.

Только сейчас всё выглядит иначе. Несколько часов назад Стас был богатым психом, который привык управлять людьми. Теперь рядом с ним появился человек, управляющий им самим.

Это не оправдывает угрозы семерым парням, украденный телефон и слежку.

Зато объясняет, откуда Стас так хорошо знает, куда нужно давить.

Его учили дома.

— Соня, — мама накрывает мою руку ладонью, — держись подальше от их семейного конфликта.

— Постараюсь.

— Ты уже оказалась внутри.

— Из-за проекта.

Она смотрит на меня.

Я вздыхаю.

— И из-за Стаса.

— Он тебе нравится?

Прямой вопрос.

Правильный ответ должен быть простым. Да или нет.

Вместо него в голове появляются его руки на моих запястьях, горячая спина под ладонями, запах куртки, разбитая губа и взгляд, когда он сказал, что я единственное средство давления на него.

— Я пока не понимаю, — отвечаю честно.

— Тогда не торопись понимать рядом с ним. Такие мужчины умеют принимать решение за двоих.

— Стас уже принял за десятерых.

Мама слабо улыбается.

— Вот и будь внимательна.

— Буду.

После чая я иду в комнату, переодеваюсь и открываю ноутбук. Нужно найти открытые сведения о третьей компании, подготовить объяснение для деканата и сохранить переписку со Стасом, где мы обсуждали документы.

Работа помогает.

Через час у меня есть выписка из реестра, карточка старого судебного дела и подтверждение, что номер договора публиковался в официальном источнике. Значит, отец Стаса не сможет заявить, что мы получили закрытые сведения.