— Когда просит убрать руки, я убираю.
— И теперь изображаешь благородного?
— Нет.
Он останавливается напротив.
— Даю тебе шанс уйти с целой челюстью.
— Стас! — окликаю я.
Он слышит.
Поворачивает голову.
Матвей в этот момент толкает его в плечо.
Стас медленно переводит взгляд обратно.
Улыбается.
— Зря.
Первый удар приходится Матвею в челюсть.
Он врезается спиной в стену.
Стас идёт следом.
И по его лицу я понимаю: одним ударом это не закончится.
Глава 15
Глава 15
Второй удар Стаса приходится Матвею в живот.
Тот сгибается, но успевает вцепиться в его куртку и толкнуть на стену. Папка падает на пол, листы разлетаются по коридору.
Незнакомый парень отступает.
— Вы совсем больные?!
Стас разворачивается и бьёт Матвея в лицо.
Слышится глухой звук. На светлой рубашке Матвея появляется кровь.
— Стас!
Он будто не слышит.
Хватает Соколова за воротник, прижимает к стене и наносит ещё один удар. Матвей пытается закрыться рукой, попадает Стасу по скуле, но этим только сильнее его злит.
Я подбегаю.
— Стас, хватит! Отойди от него!
Кулак замирает возле лица Матвея.
Стас тяжело дышит. На разбитых костяшках выступает кровь, в глазах холодная ярость.
Он поворачивает голову.
Видит меня.
Пальцы на воротнике Матвея разжимаются.
Стас делает шаг назад.
Сразу.
Матвей сползает по стене и садится на пол. Из носа течёт кровь, нижняя губа рассечена. Он прижимает ладонь к боку и смотрит на Стаса с ненавистью.
— Ещё раз произнесёшь её имя своим грязным ртом… — начинает Стас.
— Замолчи, — перебиваю я.
Он замолкает.
Я поворачиваюсь к парню, который разговаривал с Матвеем.
— Позовите охрану и медработника.
— Я уже вызвал.
В конце коридора открывается дверь. Появляются двое охранников. Один сразу подходит к Матвею, второй встаёт перед Стасом.
— Руки покажи.
Стас протягивает ладони.
— Я спокоен.
— Отойди к окну.
Он выполняет требование.
Я присаживаюсь возле Матвея, но тот отдёргивается.
— Не нужно.
— Вам трудно дышать?
После его слов о правильных девочках переходить обратно на «вы» получается легко.
— Бок болит.
— Скорую вызвали?
Охранник кивает.
— Уже едет.
Матвей.
Матвей вытирает кровь рукавом.
— Он псих.
Я поднимаюсь.
— Вы тоже сказали обо мне достаточно.
— Я был зол.
— Это ничего не меняет.
— А ему всё можно?
— Нет.
Смотрю на Стаса.
Он стоит возле окна, сжимая разбитую руку. Взгляд остаётся на мне. Ни раскаяния, ни страха перед последствиями.
Только ярость ещё не ушла.
— Никому здесь ничего нельзя, — произношу я.
Охранник поднимает с пола несколько листов.
— Кто начал?
— Коршунов ударил меня, — отвечает Матвей.
— Ты толкнул первым, — говорит его приятель.
Матвей бросает на него злой взгляд.