[1] Слуцкий Абрам Аронович — (1898 г.р.) на указанный момент комиссар государственной безопасности 2-ого ранга, и руководитель Иностранного отдела Главного управления государственной безопасности Народного комиссариата внутренних дел (ИНО ГУГБ НКВД) СССР.
Глава 5
26 марта 1936 года. Московская область. Село Волынское. Ближняя дача.
Ход обширного и весьма напряженного второго слушания по докладу о состоянии дел в РККА растянулся из ожидаемых нескольких часов в неделю, с редкими перерывами. Спали все участники тоже здесь — на ближней даче. Впрочем, никто не роптал. И даже более того, участники этой импровизированной конференции настолько увлеклись поднятыми вопросами, что сами проявляли особое рвение. Особенно в ситуации, когда Тухачевский ловко переводил ответственность на какие-либо сторонние силы.
Михаила Николаевича очень сильно выручила чрезвычайная усидчивость Агаркова, который в своей минувшей жизни не раз и не два оказывался на столь непростых «консилиумах», ибо опыт оригинального Тухачевского был в этом плане бесполезен. Было сложно, тяжело, но это дало свой результат. Да такой, что, берясь за итоговое решение, Тухачевский даже не мог поверить в то, что все зайдет настолько далеко.
Дело в том, что чрезвычайно напряженный марафон инициировал лично Сталин, для того, чтобы понаблюдать не столько за тем, что и кто будет говорить, сколько за тем, как люди поведут себя. Он, за все время, что шел «консилиум», задал всего три вопроса, да и то на бумажке, направив их Шапошникову. Ему, видите ли, было чрезвычайно интересно понять, действительно Тухачевский изменился, или он тщательно притворяется. А в дела чисто армейского плана он, как и раньше, старался не лезть, доверяя своим верным помощникам. Но Шапошников и Ворошилов потеряли концентрацию и собранность раньше, чем вышел из себя и начал совершать ошибки или проколы странно флегматичный Михаил Николаевич, спокойно и основательно отвечающий даже на откровенно дурацкие вопросы, задаваемые серьезно уставшими Ворошиловым с Буденным. Причем без какого-либо намека перехода на личности и указания на какие-то умственные недостатки.
— Итак, — наконец сказал Ворошилов, председательствующий в комиссии по рассмотрению доклада, — больше ни у кого вопросов к товарищу Тухачевскому нет? — Он покрутил головой, оглядывая уставшие лица своих коллег. — Отлично. Значит теперь можно подвести итог. — Климент Ефремович покосился на Сталина и увидев разрешающий кивок, начал обобщать выводы комиссии, предварительно поданные ему в виде записок от участников затянувшегося совещания.