— Предложенная вами схема очень серьезно затруднит снабжение армии всем необходимым, например, снизит объем выпуска тех же танков.
— Снижение сейчас. Зато оно позволит модернизировать предприятия за счет закупаемых в той же Германии станков и вывести их в безопасное место. Туда, где они смогут работать даже в том случае, если наши войска будут вынуждены серьезно отступить. Это запас прочности Советского Союза. И лучше его подготовить заранее, делая все вдумчиво и в спокойной обстановке, а не в авральном режиме.
— Модернизация… — Задумчиво произнес Каганович. — Это вы хорошо задумали, но как нам ее произвести? Своих станкостроительных мощностей у нас остро не хватает, а объема поставок из Германии явно недостаточно для осуществления предложенных вами задач.
— Почему недостаточно? — Удивленно спросил Тухачевский. — Нам ведь нужно модернизировать не всю промышленность, а только стратегически важное военное производство, да и то, не все, а только его часть, которую мы будем перебрасывать в удаленные регионы из мест, опасно близких к западной границе. Ну и станкостроительные предприятия, но их, я думаю, можно вполне отнести к стратегическим военным объектам. То есть, не распылять станки по разным объектам, а наносить, так сказать, концентрированные удары по плохому оснащению…
Разговор был резкий, долгий и непростой. Так что, когда спустя три часа, Каганович вышел от Тухачевского, выглядел он глубоко задумчивым и погруженным в себя. Не лучше выглядели и сотрудник НКВД, производивший запись беседы на телеграфон[2]. Он ведь все слышал и прекрасно понимал.
[1] Удержат ли большевики государственную власть? = В. И. Ленин Удержат ли большевики государственную власть? // «Просвещение»: журнал. — октябрь 1917. — № 1–2. // В. И. Ленин Полное собрание сочинений, изд. 5-е. — М.: Издательство политической литературы, 1981. — Т. 34. — С. 289—339.
[2] Телеграфон — звукозаписывающее устройство, запись ведется на магнитную проволоку. Предшественник магнитофона.
Глава 3
17 марта 1936 года. Московская область. Село Волынское. Ближняя дача.
«Два часа ночи» — отметил про себя Сталин, подняв глаза на циферблат массивных часов. В кабинете было тихо и как-то пустынно, несмотря на присутствие Кагановича, Молотова и лейтенант госбезопасности, управляющего аудиоаппаратурой.
— Любопытный разговор у вас получился, товарищ Каганович, — неспешно, буквально взвешивая каждое слово, произнес Сталин. — Очень любопытный.
— Его дворянскую сущность не искоренить, — недовольно пробурчал Молотов.
— Причем тут дворянская сущность? — Спокойно спросил Сталин, кивнув лейтенант госбезопасности, дабы тот вышел из комнаты. Обесточив аппарат, сотрудник ГУГБ НКВД бесшумно вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.