— Товарищ Тухачевский, все равно я вас не понимаю, почему вы пришли ко мне? — Продолжил разговор Сталин, не давая ему уйти в ненужное русло. — Вас заела совесть? Не поверю. Кроме того, вам ничего не мешало выехать из Советского Союза. Вы достаточно известный человек и смогли бы неплохо устроиться в буржуазных странах. Не понимаю. Вы умышленно пошли сюда с тщательно расписанными показаниями и просьбой вас расстрелять. Зачем?
— Если бы я просто так пришел или подбросил сведения, то вы бы, товарищ Сталин, мне не поверили. А так я кладу свою жизнь в качестве доказательства.
— Почему вы решили, что заговор провалится?
— А я и не говорил о том, что он провалится. Скорее, напротив. Я убежден в том, что все так или иначе будет реализовано. Именно по этой причине я и пришел к вам. Чтобы предотвратить.
— Я вам не верю, — пристально смотря в немигающие глаза Тухачевского, тихо сказал Сталин.
— Именно по этой причине я прошу вас, меня расстрелять. Признательные показания в папке. На суде я их подтвержу. Я ввязался в эту грязь и мне ее необходимо распутать.
— Мне кажется, что вы просто хотите умереть, чтобы сбежать от чего-то.
— Это верно, но отчасти. Я при любом развитии событий не жилец. Меня не спасло бы даже бегство, потому что Троцкий не станет меня пускать в свой огород. Я для него отработанный материал, который слишком много знает. Не верите мне?
— Не верю. Вам ведь ничто не мешало продолжить начатое и через год-два, устроив военный переворот, занять пост наркома обороны. Что вас спугнуло?
— Ничего не спугнуло. — Улыбнулся Тухачевский. — Я просто понял, что мои амбиции могут под собой похоронить дело всей нашей партии.
— Вот правильно все говорите, но все равно не верю. Вы очень изменились. — Сталин немного помолчал и снова задал свой вопрос. — Почему вы пришли именно ко мне?
— Из-за Клима. Честно. — Тухачевский смотрел в желтые глаза Сталина немигающим взглядом.
— Страшный вы человек, Михаил Николаевич, — спокойно произнес товарищ Сталин, смотря Тухачевскому прямо в глаза. — Взяли и ни за грош продали своих товарищей.
— Вот и я говорю, что страшный. Расстреляйте меня. Как мне с этим жить дальше?
— Для начала вам следует отдохнуть, — улыбнулся с хитрым выражением глаз Сталин. — Езжайте домой. Выспитесь. А мы с товарищами пока подумаем над вашими словами. — Тухачевский весь подобрался и заиграл желваками.
— Позвольте уехать на дачу?
— Вам нравится свежий воздух?
— Почти наверняка меня попытаются убить. Если я останусь в московской квартире, то могут пострадать невинные люди. А на даче в этом плане проще. Да и оружие у меня там есть — удобнее будет отстреливаться. — Сталин несколько секунд смотрел Тухачевскому прямо в глаза, после чего одобрительно кивнул головой.