Один из Протасовых уехал в Россию и… пропал. Исчез. И только спустя годы удалось узнать, что он был арестован, сослан на Соловки, в СЛОН, и там расстрелян спустя несколько лет. Второй раз Протасовы, уже не единожды вспоминая наказ предков, попытались добраться до своей усадьбы возле Ивантеевки уже в 1937 году. Уехавшие два брата в Швейцарию не вернулись — были арестованы и оба отправлены в ГУЛАГ. Что с ними произошло далее, не известно. Более попыток возвращения на родину Протасовы не делали многие годы.

Но примерно годов с тридцатых весь род Протасовых словно начал преследовать злой рок. Рождались в роду в основном девочки, рождение мальчиков теперь воспринималось как чудо. Мало кто из Протасовых умер в своей постели от старости. Были и покушения, и автомобильные аварии, и авиакатастрофы, и неизлечимые болезни… В итоге к середине девяностых остался лишь один Протасов, который, собственно, и начал активно наводить справки о происходящем в России, и, памятуя о клятве, когда-то данной предком, впервые задумался — а цел ли тот храм, и что вообще случилось с некогда Протасовскими владениями.

Наведя справки, он узнал о судьбе храма, своих имений и вообще состояние бывших владений. Поразмыслив и тщательно вспомнив то, что ему втолковывали в свое время отец и дед, он утвердился во мнении, что жизнь рода действительно тесно связана с жизнью храма.

Поделившись умозаключениями с сестрой, с которой пришлось не единожды поспорить на эту тему, и лишь подняв записи и завещания, а также и наставления старших Протасовых, он решил, что нужно действовать. А именно, кому-то из них ехать в Россию и вплотную заниматься вопросом восстановления храма и всех владений.

Но Анна была молода и неопытна, потому ее брат, Борис, отправился сюда сам. Ему удалось сделать довольно многое: он сумел выкупить имения Протасовых в городе и найти место, где находилась основная их усадьба неподалеку от Ивантеевки. В Алуханске здание было боле-менее в сохранности, хотя и в ужасном состоянии. А вот усадьба за Ивантеевкой была полностью разрушена, от неё даже следа не осталось, равно как и от лесопилок и кирпичного заводика.

Попытавшись поднять вопрос о восстановлении храма в Ивантеевке, Борис наткнулся на жесткое противодействие как со стороны епархии, так и со стороны городской управы. И он решил начать с малого — с восстановления городского дома Протасовых. Реставрировать его смысла не имело — многочисленные организации, побывавшие в нем, довели его до жутчайшего состояния настолько, что построить новое здание выходило в десятки раз дешевле, чем пытаться восстановить старое.