Вещей с собой у нас почти не было, поэтому все быстро раскидали жалкие пожитки по шкафчикам и отправились за старшиной дальше по кораблю.

«Александра» к тому моменту уже давно отчалила от Академии и на полном ходу уходила от него, оставляя за кормой бурлящий кильватерный след. На главной мачте, возвышающейся над мостиком, трепетали два флага — Вентры и, конечно же, Морской Стражи. Там же, на этой мачте, явственно виднелись торчащие во все стороны антенны — радары и радиосвязь тут уже изобрели, а вот эффективных качественных антенн еще не придумали, так и пользуются простыми диполями пока что.

Старшина разделил нашу группу на три неравные части и девчонок отправил на камбуз помогать коку готовить обед. Меня, Кросса и Волкова отвел на среднюю палубу, где располагались пушки противоминного калибра, разнесенные по бортам и спрятанные в стальные бронированные казематы. Один каземат — одна пушка, а всего их было десять, по пять на каждый борт. В каждом — спаренная полуавтоматическая пушка калибра двадцать пять миллиметров, питающаяся из коробчатых магазинов на десять выстрелов каждый.

Это все нам дель Рой уже показывал и рассказывал на последних занятиях буквально несколько часов назад, так что и захочешь — не забудешь за такой короткий промежуток времени.

— Это наша защита в ближнем бою. — сообщил старшина Вуд, забравшись в ближайший каземат и похлопав ладонью по затвору пушки. — А для того, чтобы эта защита работала, когда понадобится, ее надо обслуживать. Вот этим вы как раз и займетесь, курсанты. Пушки надо внимательно осмотреть, почистить, если это необходимо, и обязательно смазать. И смотрите снаряды не вздумайте трогать, руки оторву!

Снаряды хранились тут же, в каземате — сразу снаряженные в магазине. Шесть магазинов, вставленных в держатели на стенах — шестьдесят выстрелов. Как только один магазин пустел, предполагалось набивать его новыми снарядами, за которыми должен был к тому моменту сбегать специально обученный кабанчик. Итого расчет одной пушки составлял целых четыре человека, из которых трое безвылазно должны сидеть в стальном ящике — командир, он же наводчик и стрелок, два заряжающих, один из которых тоже умел стрелять из орудия, и носильщик-бегунок.

Не знаю, как они тут помещались, но нам втроем было тесно, даром что мы тощие. Возиться с обшарпанной, грубо покрашенной пушкой, было неудобно, и облегчение наступило лишь только тогда, когда наступила пора проверить целостность резиновых прокладок, обеспечивающих герметичность орудийного порта в закрытом состоянии. Для этого мне пришлось по пояс вылезти из порта наружу, оказавшись буквально в метре от воды, и это на какое-то время скрасило тяжесть работы.