Я поймал слегка обеспокоенный взгляд Аристарха, и спокойный, но явно не лишенный интереса — Агатова, — и понял, что нет, я не один такой. Не один такой, у кого возникли вопросы к адмиралу — вопросы, которые обязательно надо задать.

Но, прежде чем я открыл рот, адмирал заговорил снова:

— Конечно же, это предложение не для всех, оно и не может быть для всех. Приглашения будут выданы только тем, кто лучше всех показал себя на протяжении этого недолгого обучения, и, конечно же, их выходы в море не будут постоянными. Один, возможно, два — пока мы не утвердим новые полноценные экипажи для кораблей, а потом они вернутся к обучению наравне со всеми, ведь все происходящее — еще не повод забывать о программе обучения. Ну и, конечно же, все, кто останется в Академии, будут продолжать свое обучение по утвержденной программе.

Договорив, адмирал сурово нахмурился и обвел всех взглядом, явно давая понять, что он обо всем этом думает. А думал он обо всем этом явно что-то нехорошее, правда, не вполне понимаю, почему именно. Насколько я знаю адмирала, а я его успел узнать весьма неплохо, он относится к тем людям, что предпочитают действия любым словам, и, будь его воля, он бы всех курсантов с кораблей на берег вообще не высаживал бы, ни на минуту. Как поднялись в первый день обучения на борт, так и сошли через пять лет уже готовыми к дальнейшей службе… Ну или не сошли, если решили остаться на этом же корабле работать. Сон, еда, и уж тем более обучение — все на кораблях, чтобы сразу применять полученные знания на практике. Вот какой была точка зрения адмирала по этому вопросу — практика как можно скорее, и как можно больше, слабые отсеются сами.

Не удивлюсь, если довольно спартанские условия проживания (да и обучения тоже, чего греха таить) в Академии — во многом, заслуга именно адмирала и его соратников. В их число однозначно входит Стуков, и, скорее всего, Морена Радин, ну и, конечно же, кто-то еще, насчет кого у меня пока что нет уверенности. Эти люди тоже считают, что настоящие курсанты Морской Стражи могут быть воспитаны только в условиях, максимально приближенных к боевым, и в этом они — полная противоположность другому «крылу», под предводительством полагаю что лорда Крукса. Дай волю этим типам и они бы наоборот превратили Академию в комфортабельный пансионат для аристократов с преферансом и профурсетками, а места в нем продавали бы за крупные суммы и только «своим».

Вот в балансе между этими двумя силами Академия и существует. Однако сейчас, судя по всему, произошло что-то, что этот баланс или уже нарушило, или очень близко к тому, чтобы нарушить.