— Пока. — Я машинально ответил на рукопожатие и в растрёпанных чувствах присел на ступеньку.
Вот оно как! Проигрался Лысый не кому-нибудь, а Васе Кривенцову — брату Дрона. Просто погоняло у Васи Кривой, вот сразу и не сообразил, что напарничек мой Макс родной кровинушке командира морду набил!
Неужели его из-за этого в расход определили? Получается, дело всё же во мне, а его так, прицепом потянули?
Но тут мои размышления оборвал чей-то радостный возглас:
— На ловца и зверь бежит! Привет, Лёд! А мы как раз тебя ищем.
Я обернулся к Серёге Вышеву, вслед за которым из распахнувшейся двери кафе вышел незнакомый мордастый бугай, возвышавшийся над патрульным едва ли не на две головы. И пусть Серёга у нас не гигант, этот дуболом точно за два метра будет. Только запустил себя изрядно — пузо даже из-под пуховика выпирает.
— А смысл меня искать? — хмыкнул я, разглядывая парней. — В Морг бы заглянули…
Оба без сумок, значит, не за пайком пришли. И явно не в патруль собираются. Во-первых, мы только вернулись; во-вторых, одеты неподходяще. На Вышеве чёрная, вся заштопанная «аляска», вышарканные до серости драные джинсы и разбитые кроссовки. На втором китайский тёмно-зелёный пуховик без дыр и заплат, куцая лыжная шапчонка, слаксы и берцы с высокой шнуровкой. Ботинки удобные, спору нет, но если целый день по снегу мотаться, шнурки так заледенеют, что проще их разрезать будет, нежели развязать.
Опять же из оружия только у Вышева на поясе штык-нож; у пузатого на виду вообще ничего нет.
— Да заходили мы! — поморщился Сергей. — Гадес нас куда подальше послал.
Я поднялся со ступенек и поправил сбившийся под фуфайкой махровый шарф.
— Чего хотел? — спросил без особого энтузиазма. Опять попадалово какое-нибудь светит…
— Крест послал. Они там сейчас в штабе маршрут рейда разрабатывают, а Ермолов на Нижнем хуторе застрял.
— И?
— Что — и? Ты с Шуриком на Север мотался? Мотался! Места знаешь? Знаешь. — Сергей ткнул в своего спутника. — Андрей пойдёт, ещё пара человек. Надо им инструктаж организовать. Ермолов-то на Нижнем хуторе застрял, сечёшь?
— Секу, — вздохнул я.
А вот Андрей и сейчас промолчал. Разговаривать-то он умеет вообще? Или природа силушкой не обделила — вон сам себя шире, — а на мозги не расщедрилась? Да нет, на дебила вроде не похож.
— Что за рейд? — уточнил тогда с тяжёлым вздохом.
Можно подумать, больше никто на Север не ходил. Опять, блин, крайним оказался.
— Лёд, ты чего — остатки мозгов обморозил? Конец декабря, блин! Недели через две лазурное солнце взойдёт, кочевья снежных людей с Севера двинули!