— Ещё бутерброды есть? — спросил, отряхнув ладони.

— Обижаешь! — возмутился Макс и протянул испачканный масляными пятнами газетный сверток. — Специально для тебя оставил.

— А остальные? — уточнил я, развернул газету и обнаружил в ней не целый бутерброд, а только неровно откромсанную ножом половину. Перепачканный лист полетел в кострище к уже валявшейся там смятой пачке сигарет.

— Всем хватило.

Колбаса оказалась жёсткой и холодной, хлеб чёрствым, но голод не тётка — смолотил всё до последней крошки. А после того, как тщательно пережевал скудный завтрак, стряхнул с вещмешка снег и закинул его ремень на плечо.

А ведь вчера мне ещё повезло с вещами! Считай, в санях только топор и бинокль остались.

Ветрицкий оставил Ворона в покое и повернулся ко мне.

— Лёд!

— Чего?

— Поговорить надо.

— Слушаю тебя внимательно.

— Да знаешь… — Николай оглянулся на колдуна и кивнул на дорогу. — Пойдём отойдём.

Жан убрал журнал в сумку и начал сворачивать коврик, Макс подмигнул мне и запрыгал на месте, пытаясь согреться. Я без особой охоты перебрался через наметённый за ночь у защитного круга высоченный вал снега и отправился вслед за Ветрицким.

Чего это с Колей? Спал плохо?

Ох, не нравится мне такое начало дня.

Ветрицкий дождался меня на обочине и указал на Жана.

— Старик что, с нами идёт? — с раздражением потребовал он ответа.

— Ну и? — с интересом уставился я на парня.

Так всё дело в колдуне? Крепко он вчера его поддел, ничего не скажешь. Или они уже с утра поцапаться успели?

— Я против.

— Обоснуй, — скрестил руки я, решив набраться терпения.

— Мы же ничего о нём не знаем! Взбредет чего в голову и удавит нас во сне, как котят!

Довод был железобетонный, но долго искать контраргумент не пришлось.

— Об этом раньше беспокоиться стоило, — хмыкнул я, — когда ты вчера дрыхнуть завалился.

— Да ты только посмотри на него! — Ветрицкий даже стиснул кулаки, чтобы не повысить голос. — Даже по его лицу видно, что у старикана головой не всё в порядке!

— Ты у нас, никак, последователь Ломброзо? — Я старался не грубить, хоть это и оказалось непросто. — Тот тоже физиономист знатный был.

— Ну зачем нам этого старика с собой тащить? Я же жопой чую — с ним что-то не так!

— Ты конкретное что-то сказать можешь?

— Я против, — упрямо нахмурился Николай.

— Понятное дело, — усмехнулся незаметно приблизившийся к нам Макс. — Ты ж у нас великий лучник, всех вампиров одной левой, а тут какой-то колдун под ногами путается.

— Тебя, мудак, не спрашивали, — немедленно огрызнулся Ветрицкий.

— За мудака ответишь! — Макс придвинулся вплотную к Николаю и кулаком несильно толкнул его в грудь. Типа, наметил место для удара.