В этот момент из снежной мглы появился деревянный столб с криво прибитым указателем. Я прикрыл ладонью глаза от летящей снежной крупы, присмотрелся и точно: на доске оказалось выведено «Лудино — Волчий лог». Мы выехали на перекресток, и стала видна надпись на второй табличке. «Ключи — Еловое».

— Смотрите внимательней! Здесь где-то слева просека должна быть! — перекрывая вой бурана, крикнул я.

Ещё б её разглядеть! Ветер теперь несся со скоростью бешеного быка и швырял в лицо и за шиворот непрерывный поток снега; мало того, что будто картечью сечёт, так ещё и не видать ни черта!

Именно поэтому прореху в стене деревьев мы едва не пропустили. Она лишь на миг показалась и тут же исчезла, скрытая вьюгой.

— Поворачивай! — заорал Ветрицкий и затряс Ворона за плечо, указывая на проезд.

— Сам вижу! — отмахнулся тот, заставляя лошадей съехать на обочину.

Раскачивавшиеся под порывами вьюги ветви деревьев почти задевали сани, ветер в узкой просеке усилился, словно в аэродинамической трубе. Теперь он без труда проникал сквозь одежду и забивал под неё колючие ледяные снежинки, поэтому моментально закоченело всё тело, начало ломить запястья и шею.

Лишь когда мы выехали на расчищенную от деревьев поляну, снежный шквал немного поутих, и стала видна ограда хутора.

Добрались! Ещё б только теперь внутрь попасть…

— Ни слова, что мы из Патруля, — сразу предупредил я всех. — Едем в Туманный за шкурами серков.

— А что такое?

— До Лудино рукой подать, ещё рейнджерам стуканут.

— Да, палево, — согласился со мной Ворон, направляя сани к воротам.

Дёргать за ручку звонка пришлось минут десять. Мы уже окончательно отчаялись и стали решать, кому лезть через забор, когда вдруг ушла в сторону железная пластинка, прикрывавшая смотровую щель.

— Чего надо? — послышалось сквозь завывание метели.

— Переждать буран! — прокричал я, придвигаясь к забору.

— Переночевать?

— Нет! Переждать! Буран переждать! — вновь заорал я.

Нас бы только впустили. Если буран не стихнет, о ночевке вечером договоримся.

— Кто такие?

— Промысловики! Серков в Туманный бить едем.

— Сколько вас? — Хуторянин сдвинулся в сторону, пытаясь рассмотреть, не прячется ли кто сбоку.

— Четыре человека, но ещё нужно укрытие для лошадей!

— Заходите!

Толстенная дубовая створка немного подалась; мы с Максом навалились и с трудом распахнули ворота. Пока надсаживались, я между делом обратил внимание на отсутствие каких-либо защитных рун.

Странно.

Неужто вера не позволяет? Сектанты, они крайне странные бывают.

Хуторянин в длинном меховом плаще отступил в сторону, пропуская сани за ограду. Резкий поры ветра сдёрнул с его головы капюшон, открыв узкое и худое лицо. Совсем молодой ещё парень производил впечатление то ли отходившего после тяжёлой болезни, то ли просто постоянно недоедающего.