Парень недовольно покосился на меня, но спорить не стал и лишь предложил Ветрицкому:

— Лучник! Выпей сэма!

— Выблюю, — отказался Николай.

— Выблюешь, ещё глотнешь.

— Я блювану ещё раньше, чем хлебну.

— Кидай сюда соску, — распорядился я, видя, что Ворон не торопится закручивать пробку.

Нажрётся, кто тогда лошадьми заниматься будет?

Убрав пластиковую бутыль в вещмешок, я затянул шнуровку и глянул в небо. Совсем облаками затянуло, тусклое пятно солнца едва-едва проглядывало сквозь снежную пелену.

— Что, Коля, легче не стало? — спросил Макс и почесал лоб прицелом.

— Не-а-а.

— Ты б убрал автомат, — нервно посоветовал я. — Вышибешь мозги, а нам потом сани чистить.

Макс неопределённо хмыкнул и положил «Абакан» себе на колени.

— Закон компенсации — чем лучше было вчера, тем хуже сегодня, — усмехнулся он, наблюдая за мучениями Ветрицкого.

— Да, вчера было хорошо. — Николай мечтательно вздохнул: — Холодная водочка, баня, девочки…

— Девочки? Девочки — это хорошо, — согласился с ним Макс. — Главное, ничего не намотать.

— Думаешь? — забеспокоился Ветрицкий.

— Запросто, лучник, запросто, — на полном серьёзе подтвердил Макс и хохотнул: — Да ты не переживай, лучшее средство от излишней застенчивости — как раз лечение венерических заболеваний.

— Пошёл ты!

— Уймись, Макс, — попросил я.

Нахватался, понимаешь, от Шурика Ермолова! У того таких присказок на каждый случай по две. По две дюжины. Лучшее лекарство — цианистый калий. Лучшее средство от тошноты — два пальца в рот. И без счёту куда более циничных и совершенно нецензурных.

Макс даже не потрудился скрыть ухмылки.

— А чё я? — хохотнул он. — Это правда жизни!

— Ты, Коля, не парься, — решил я тогда успокоить лучника, — это в Форте подцепить что-нибудь проще простого, а в Волчьем логе за этим строго следят.

— У нас проблемы, — негромко произнёс вдруг непривычно молчаливый Ворон.

— Что такое? — всполошился я, схватив штуцер.

Волки? Или кто похуже? В такую метель, да ещё под лазурное солнце из нор что угодно выползти может.

— Ветер усиливается, — объяснил Ворон.

— И что? — выдохнул я, не скрывая облегчения.

— Буран будет, вот что. Надо укрытие искать.

— С чего ты это взял? — засомневался Макс.

Но тут порыв встречного ветра швырнул в нас горсть снега, и он поспешно поднял воротник. Я опустил на лицо шапочку, Николай поправил широкие пластиковые очки.

— Глаза разуй, — огрызнулся Ворон.

И не поспоришь: ветер стал ещё сильнее, видимость упала метров до двадцати.

— Смотри, это же перекресток на Ключи? — спросил я.

— Ты у меня спрашиваешь? — хмыкнул Ворон. — Кто из нас патрульный?