— Уже, — пояснил Денис, взглянул на часы и хмыкнул: — Повезло тебе, ничего не скажешь. Ладно, тогда придётся Леню сегодня выцеплять. Пойдём, а то уже половина одиннадцатого.

— Встреча ж на одиннадцать назначена? — спросил я, когда мы вышли на улицу.

Шапка в руке, голову обдувают лёгкие дуновения ветерка. Ощущения приятные, но радости на душе что-то не особо прибавилось. Надену-ка шапку, пока мозги не застудил, — сегодня тепло, но меру знать надо. Это пусть Гамлет форсит…

— Договорился я на одиннадцать, поэтому зайти надо пораньше. На всякий случай. Сам знаешь, случаи бывают всякими…

Дворами мы прошли к неухоженному двухэтажному домику, стоявшему посреди пустыря. Выглядело строение, надо сказать, на редкость неприглядно. Деревянная дверь единственного подъезда свисала на одной петле и была готова оторваться в любой момент. Штукатурка пошла буграми и частично осыпалась, обнажив серый шлакоблок, а под окнами скопились целые кучи мусора.

Но с другой стороны, если есть мусор, — значит, живут люди. У заброшенных домов гораздо чище. Да и разбитых окон здесь немного: выломанными рамами щерились только два оконных проёма на втором этаже. Покатую крышу покрывал новый шифер.

В подъезде оказалось ничуть не лучше, чем снаружи. Все стены в похабных рисунках и нецензурных пожеланиях в адрес то ли жильцов, то ли просто знакомых местных живописцев. Перед погнутой и намертво заклинившей металлической дверью в подвал неоднократно разводили костер, углями из которого, похоже, и было сделано большинство надписей. Ещё и мочой воняет.

Перепрыгнув через стеклянное крошево разбитых бутылок на ступеньках, я обогнул застывшую лужу на площадке первого этажа и вслед за Денисом начал подниматься по лестнице. На втором этаже Селин свернул налево и несколько раз пнул первую с противоположной стороны дверь.

На всякий случай я прошёлся по коридору и, как и предполагал, вскоре наткнулся на пустой дверной проём квартиры с выбитыми окнами. На всякий случай заглянул внутрь, затем вернулся к Денису и прислонился к стене. Парень ещё пару раз саданул тяжёлым ботинком по двери, отозвавшейся глухим треском, и рявкнул.

— Лёня, открывай!

— Иду, да иду уже! — послышалось изнутри, после раздалось стариковское шарканье шагов и скрип щеколды.

Стоило только лязгнуть запору, Денис резко подался вперёд и вломился в квартиру. Я тоже в коридоре задерживаться не стал, ещё и засов за собой задвинул. Так оно спокойней.

Оттесненный нами к входу в ванную комнату хозяин квартиры молча моргал и, похоже, никак не мог сообразить, что именно произошло.