– Да, что? – раздосадованно переспросил Гаспар.

– Мой вопрос: что это меняет в принципе? Лоренц был болен, раздавлен горем, сидел на антидепрессантах. Он был готов уцепиться за первое, что взбредет ему в голову, после этой его бессвязной истории с клинической смертью. Вы сами это отлично понимаете, Кутанс!

– Вы это бросьте! Хватит изображать из Лоренца того, кем он не был. Он не был ни наркоманом, ни ясновидцем – просто умный человек любил своего сына и…

Она смотрела на него пренебрежительно.

– Мой бедный друг, вы сами не замечаете, как делаете перенос, подменяете Лоренца собой. Вы уже одеваетесь как он, пользуетесь тем же парфюмом. Говорите и то как он.

– Никогда еще меня не называли бедным другом!

– Все когда-нибудь происходит в первый раз. В общем, вам пора признать, что вы сходите с ума.

С этим Кутанс не мог согласиться.

– Я просто намерен возобновить его поиски и найти его сына.

Маделин чуть было не набросилась на него с кулаками.

– Его сын мертв, поймите, наконец! Его убили на глазах у матери. Пенелопа сама вам в этом поклялась.

– Было дело, – уступил он. – Но то была ее правда.

– Ее правда, правда вообще – в чем разница?

Он снова достал из рюкзака блокнот, свои записи и «архив».

– В номере «Вэнити Фэр» за апрель две тысячи пятнадцатого года была подробная статья о расследовании похищения Джулиана.

Он дал Маделин фотокопию статьи. В ней подчеркивалось сходство между двумя похищениями: сына Шона и сына Чарльза Линдберга в 1934 году.

– Хватит меня мучить обзорами прессы, Кутанс.

– Если вы потрудитесь прочесть статью, то увидите, что в конце перечислены предметы, найденные следователями в логове Беатрис Муньос.

Маделин неохотно покосилась на подчеркнутый абзац: ящик с инструментами, два охотничьих ножа, моток изоляционной ленты, колючая проволока, голова куклы фирмы Harzell…

– Что вас возбудило? Детская игрушка?

– Она самая. Это не игрушка Джулиана. Пенелопа рассказывала про плюшевую собачку вроде вот этой. – И он как будто ненароком вытащил из рюкзака собачонку с измазанной шоколадом мордочкой.

Маделин отодвинулась от него так далеко, как позволяла теснота в углу бара.

– У мальчишки могли быть две игрушки.

– Обычно родители не позволяют детям брать на прогулку сразу две игрушки.

– Допустим. Что это меняет?

– Я провел исследование, – сообщил он, демонстрируя цветную распечатку выписки из каталога игрушек.

– Для человека, еще недавно вообще не знавшего, что такое Интернет, вы делаете поразительные успехи.

– У кукол этой марки интересная особенность: некоторые очень велики и очень похожи на живых детей.