– Короче, после новых тестов бомж оказался ни при чем.
Маделин смекнула, что Ву прячет самое вкусное на десерт.
– Что послужило доказательством его непричастности?
– На спортивном костюме Рубена нашли образец ДНК, который проглядели раньше.
– Нашли – и не стали разглашать?
– Вот-вот. А что еще прикажешь делать, если это ДНК полицейского, Адриано Сотомайора?
Маделин понадобилось несколько секунд, чтобы переварить услышанное.
– Какой же был сделан вывод? Что Сотомайор укокошил своего братца?
– Может, он, а может, и нет. Вдруг это след контакта, имевшего место совсем в другой, неведомый нам момент?
– Тебе известно, общались ли братья?
– Нет, неизвестно. Адриано успел отправиться на тот свет, поэтому расследование не стали возобновлять.
– На этом история прерывается?
– Сожалею. Теперь твоя очередь, Мадди: выкладывай, что ты раскапываешь.
Маделин с непроницаемым видом покачала головой. Время рассказывать ему о Лоренце еще не пришло. О Лесном царе – и подавно.
Денди, не скрывая разочарования, со вздохом поднялся.
– Продолжай изучение дела Сотомайора, – посоветовала ему Маделин.
Ву одернул полы макинтоша и раздвинул уголки губ в деревянной улыбке. Его продуманные движения казались кадрами в замедленном кино. Чуть заметный прощальный жест – и он зашагал к машине.
В лицо ему било солнце, походка выглядела танцем под звуки Yumeji’s Theme [79] .
19. На опушке ада
Каждый считает, что он один в аду, это и есть ад. Рене Жирар [80]
Каждый считает, что он один в аду, это и есть ад.
Рене Жирар [80]
В ресторане чудесно пахло кукурузным хлебом.
Спасаясь от холода, Гаспар спрятался в «Синем фазане», одном из храмов «кухни соул» в Гарлеме. В будни он открывался только в обеденное время, но в выходные уже с десяти утра там можно было насладиться обильным бранчем: жареная курица, сладкий картофель с пряностями и горячие гренки с карамелью.
Гаспар устроился у входа, на табурете у подковообразной стойки. В заведении уже было людно, обстановка была совсем семейная: казалось, все эти туристы, семьи с детьми из окрестных домов, симпатичные девушки, тянущие коктейли с поэтическими названиями, пожилые афроамериканцы, одетые как Роберт Джонсон или Телониус Монк [81] , давно друг с другом знакомы.
Гаспар поднял руку, привлекая внимание бармена. Ему ужасно хотелось виски, но вместо этого он заказал мерзкий фиточай ройбуш и утешился блинчиком с бананом. Насытившись, он убедился, что его мозг не утратил мыслительную способность. Сначала он вспомнил услышанное от Андре Ланглуа. Для чего Шону Лоренцу понадобился коврик из багажника старой машины Адриано Сотомайора? А главное, что он намеревался с ним делать?