Он насторожился.
— Но это я разбил их. Ты меня ненавидишь, но мы сильнее. Я сильнее. Подчинись мне, слушай мои слова и мы вместе истолчем их кости в пыль, а черепами украсим жилища.
— Гаадкое мясо зелёооных… — сплюнул он.
— Я не говорю тебе жрать их. Говорю резать. Разницу не чувствуешь?
В глазах его мелькнула слабая мысль. Где-то в черепе ещё оставались куски человеческого разума, но они с трудом шевелились, как сонная рыба в стоячей воде.
— Ты говоришь правду? Клянись богами…
— Я не клянусь богами, потому как не верю в них. Что боги, что демоны… Если они и есть где-то, то у них нет власти надо мной.
— Боги — это сильные духи… а духи есть… я знаю.
Интересно откуда он мог знать.
— Ещё — не совершай набеги на других без моего позволения, не ешь их и тогда не придётся вас карать.
Пожиратель зарычал.
— Когда увидите, что у зеленокоожих столько сил, сколько победить не можете — выходи к моим воинам и покажи этот значок, вас отведут ко мне, расскажешь и я пошлю воинов.
— Я услышал… Отвечу позже…
— Нет, ты дашь ответ сейчас, иначе ты не вернёшься в свою пещеру, а на твоё место я поставлю более быстро думающего.
Его зубы скрипели.
Зарычали, заухали трупоеды/пожиратели плоти за его спиной.
Я сбросил плащ, освобождая руки и обнажая весь доспех. Выпрямился. Посмотрел ему в глаза.
Он распластался у камней.
— Я принимаю… Твоё слоово…
— Верное решение.
Главарь уставился на мешок, потом на меня. Прислушался…
— Дооговор? — спросил он, скаля жёлтые зубы.
— Договор.
Он поднял руку, на пальцах не хватало нескольких фаланг.
— Я — Гладброк…
Рука была холодная и шершаво-грубая.
Пожиратели плоти — не лучшие союзники, но что еще можно найти в горах? Если они хоть немного отвлекут орков, уже хорошо. Если убьют пару десятков — отлично. Если сдохнут сами — жалеть не стану. Главное с зеленокожими решить проблему. А потом уже можно и с ними разобраться.
(Надо сказать, что в дальнейшем были получены ряд подарков от них — одежды, безделушки, золото, оставшееся от неосторожных путников. По их словам — лежали у них со стародавних времен. Передавали их оригинальным образом — собирали скелет, укрепляли его, обряжали и отдавали патрулям кланкрыс).
Горы Арнагшоса возвышались над миром, словно гигантские стражи, чьи острые пики пронзали низкие, угрюмые тучи, цепляющиеся за скалы. Их склоны, сложенные из серого гранита, были изрезаны ветром и временем, образуя отвесные обрывы и глубокие ущелья, где царила вечная тень. Снег на вершинах, сияющий холодным, серебристым светом в редкие моменты, когда солнце прорывалось сквозь пелену облаков, придавал горам суровую, почти неземную красоту. Эта красота была дикой, неподвластной, заставляющей сердце замирать от восторга и страха одновременно.