Тех крыс, кто прыгал в трюм по единственному ходу встречали тяжелые свинцовые пули в упор, от которых не защищали имевшиеся в наличии доспехи, и множество острых клинков.
— Бейте, вскрывайте пол! — начал командовать Живоглот, когда почти у его ног от выстрела в досках появилась дыра, чуть не оторвавшая ему ступню. Поджав лапу и отпрыгнув, он закричал:
— Бездельники! Рубите доски там и вон там! Отрывайте их!
Корабль затрещал, пыхтение крыс длилось ровно до той поры, пока из щелей не полетели пули. Зажимая окровавленную морду с оторванным ухом, один белобрысый крыс рухнул на доски. Его товарищи бросились в разные стороны…
— Не разбегаться! Р-разорву сам всех! — зарубил одного из бегущих Живоглот.
Белобрысый крыс тут же подпрыгнул с досок и зажимая оторванное ухо в лапе, продолжил ломать корабль.
Вскоре сразу в нескольких местах их удалось снести и по единой команде внутрь градом посыпались разъяренные визжащие тела, размахивая в пороховом дыму во все стороны клинками.
Звон стали, выстрелы и гул боя от которого дрожал корабль продолжался не более пяти минут, после чего рычание и хрипы стихли — бой был окончен.
По одиночке, парами выживших пиратов выволакивали из разнообразных укромных мест около десяти матросов бригантины и бросили их испуганно ожидающих своей участи к лапам Живоглота, который стоял на палубе, залитый кровью чужих и своих, довольный и скалящийся во весь рот.
Семь десятков пиратов и более полутора сотен крыс потеряли свои жизни в этом бою.
Живоглот поднял отрубленную голову капитана, и серьга в его ухе звонко звякнула. Сорвав её единым движением, он полюбовался красотой мелкого камня, и после недолгих манипуляций повесил на своё ухо, а голову примерил на один пустых штырей на доспехи за плечами.
Быстрый осмотр добычи показал, что небольшой, но крепкий корабль был почти что новый, из смолистого дерева, способный развить хорошую скорость и сам по себе представлял большую ценность, а также и потому, что в его трюме обнаружился запас оружия, пороха и другие припасы — (пару мешков специй, десятки штук сукна, несколько тонн пшеницы, запас кож — добыча с купца), среди которых оказались еще несколько пушек. В капитанской каюте обнаружили карты побережья, сундучок с (примерно) двумя тысячами песочных крон, отделанная золотом кираса.
Живоглоту корабль понравился. На соленом, пахнущем кровью свежем ветре было значительно лучше, чем в вонючих подземельях.
Возможно именно с того момента нужно начинать отсчёт той череды конфликтов, которые с малых ссор привели в дальнейшем к удивительным результатам, жестоким столкновениям, о которых в свое никто и не догадывался… Как напишут позже «С каждым новым сражением, с каждой новой войной число жертв только возрастало…».