Я повернулся к остальным, смотревшими на меня распахнутыми глазками.
— Работать! — рявкнул я.
Работа продолжилась.
«Богатство не в обладании сокровищами, а в умении ими распоряжаться» — сказал как-то один мудрец.
Всё — всевозможные взимаемые монеты, натуральные налоги в виде провизии, снаряжения, ресурсов складывались в общую систему, в общий поток, или даже реку. Иногда малейшее решение, ставшее ошибкой — и они превращались в пересохшие русла. Прибыли и убытки складывались в сложную, живую экономическую систему, в которой каждый город, деревня или стая кочевых сарвуухов играли свою роль.
Что мы имели. Основу экономики Протектората составляла торговля, ремесло, сельское хозяйство и добыча ресурсов. И торговля буквально за пару лет из совсем ничтожной величины стала одним из самых доходных наших дел. Не зря пробивали путь через горы к гномам и в Империю в обход грабь-рыцарей.
Самым богатым городом был Глаттершталь — сердце экономики, главный пока торговый город с развитой промышленностью, рыболовством и заготовкой/переработкой продуктов. Здесь, среди примерно чертовой дюжины тысяч жителей, золото находилось в постоянном движении: от рынков — в казну, от казны — в руки ремесленников, караванщиков, охраны.
Вторым по доходу стал Аранд. Несмотря на пережитое разграбление, в нём оставалось чуть менее десятка тысяч человек. Город приходил в себя, восстанавливал ремёсла, а главное — снова наполнял казну налогами, в основном теперь Протектората.
Штайнхох, военный лагерь и крепость с десятком тысяч жителей, давал металл, здесь происходила основная обработка поступающей руды. Здесь ковали оружие, строили машины. Здесь торговали с дикими племенами. Отсюда управлялся Протекторат.
Логово, скрытая среди Глермзойской Пустоши земляная крепость, в которой сейчас проживало примерно пару крыс, во многом потеряло своё положение. Кроме того, что там всё еще находились практически все матки и вся молодая поросль.
Более крупных городов не было, лишь россыпи поселков той или иной расы, или народа, которые настолько ключевой роли, как вышеперечисленные, не играли.
На восточных степях кочевали гунулы-сарвуухи, племя, чьё точное число было неизвестно (после того, как они отправили эмиссаров на север к Арнагшосу, чтобы вызвать различные преследуемые зеленокожими племена гунулов в Глермзой, на мою службу их точное число было неизвестно. Ясно было, что отдельные роды, стаи и одиночные воины то и дело прибывали в наши пределы, поступая на службу). Они разводили скот, продавали кожу, кости и шерсть.