Мне было всё равно. Новый рывок. Второй удар пришелся точно в левый локоть, превращая сустав в бесформенное месиво из раздробленных костей, жидкостей и рваных сухожилий. Теперь она не кричала – она издавала утробный, нечеловеческий вой, как у смертельно раненого зверя. Её самодовольство испарилось, сменившись диким первобытным ужасом. Она захлёбывалась собственными слезами и кровью, что-то бессвязно шептала, пытаясь отползти на изуродованных обрубках конечностей, оставляя за собой жирный красный след.

Героиня в синем застыла, парализованная этим зрелищем. В её глазах, широко распахнутых и полных шока, отражалось непонимание и лютый, ничем неприкрытый, ужас от происходящего.

– Я должен признать, – мой голос звучал спокойно и холодно, пока я наблюдал за пульсирующей раной на её руке, – обычный человек уже давно бы потерял сознание от болевого шока. А ты всё ещё с нами. Думаю, это нужно исправить.

– Что… о чём… – она не успела закончить фразу.

Моя ладонь тяжелым грузом легла ей на затылок. Пальцы почти с нежностью сомкнулись на её висках, немного проминая кожу и мягкие ткани.

– Это за всех, кого ты убила. За каждую жизнь, которую ты посчитала мусором.

Я просто сжал кулак. Короткий, сочный звук, похожий на лопнувшую под сапогом ветку, прервал её ещё не произнесённые мольбы. Черепная коробка не выдержала давления, и под моими пальцами хлюпнуло. Кто-то за моей спиной издал тонкий, захлебывающийся писк – то ли «героиня», то ли журналистка в вертолёте, которую сейчас наверняка рвало прямо на дорогое оборудование. Я медленно разжал пальцы, позволяя обмякшему, изуродованному телу Ниришты мешком осесть на залитую красным землю.

Я неспеша повернулся к «водяной». Она смотрела на меня с таким незамутнённым ужасом, будто я был мрачным жнецом лично, решившим собрать урожай. Я глянул на свои руки, на чёрную ткань костюма – всё было залито густой, дымящейся на прохладном воздухе кровью, которая медленно стекала с моих пальцев крупными каплями. Да, на её месте я бы тоже до смерти боялся существа, которое только что голыми руками превратило череп суперчеловека в кашу.

В этот момент её контроль окончательно надломился. Водный барьер рухнул. Тонны воды тяжелым, очищающим водопадом обрушились вниз, смывая лаву, ошметки плоти и пыль с крыши. Но мне сейчас не до этого.

Я перевел взгляд на пистолет Ниришты, валявшийся в луже крови и воды. Матовый материал устройства тускло поблескивало на фоне серой крыши. Хотелось бы забрать его для изучения, но у меня нет дома лаборатории, способной анализировать такие технологии. Хотя... была не была.