Родившись на Вилтруме, я сохранил обрывки воспоминаний о прошлой жизни: отзвуки голосов, тени образов, планета, сгоревшая в ядерном огне. В тот день я отверг идеи человечества, но проблема в том, что не осталось ничего: ни идей, ни родных, ни даже памяти – ничего. Наверное, я хотел бы узнать о них больше, если бы не родился в совершенно ином обществе.
Мои родители были обычными: отец – воин, мать – учёная. Внешностью я пошёл в отца: острые скулы, русые волосы, прямой нос. Но глаза достались от матери – карие, с тёмным, тяжёлым отливом. С детства они растили меня вилтрумитом. Чтобы я, как вилтрумит, не посрамил их, они тренировали меня, останавливаясь лишь тогда, когда я оказывался на грани обморока. В тринадцать лет я пошёл в академию, где нам внушалось, что Вилтрум превыше всего, слабые расы должны покориться или исчезнуть. Большую часть обучения мы только избивали друг друга до потери сознания.
Помню, как девчонка на голову ниже меня нанесла такой удар, что в глазах потемнело, словно кто-то резко выключил свет, а пол ушел из-под ног. Тогда я понял: нельзя недооценивать противника. Вместе с осознанием пришёл гнев, приказавший убить её. Я почти сделал это, но инструктор остановил меня – убийства разрешались только после совершеннолетия.
***
Вы спросите, что произошло потом? Наступил день испытания, когда родители проверяют, достоин ли ребёнок быть частью общества. Проще говоря – избивают. В тот раз я сражался почти на равных, но родители победили за счёт опыта и грубой силы. Меня сильно побили, но в ответ я оставил на груди отца кровавую полосу, а матери сломал руку.
– Поднимись, ты станешь достойным вилтрумитом.
– Кха… – выплёвывая кровь, прохрипел я. – Спасибо, отец.
Мать лишь развернулась и бросила через плечо:
– Не посрами нас. Чтобы никто не смел сказать, будто мы родили отброса.
Тот день запомнился мне осознанием: я уже сильнее каждого из них по отдельности.
К выпуску, то есть к двадцати пяти годам, моя внешность почти не изменилась разве что отрастил усы. Я быстро привлёк внимание командования, так как оказался аномально силён для выходца из "слабой" семьи. Моей первой миссией стало покорение планеты, в которой я был командиром отряда. Я помню тот день, как будто это было вчера.
Нас было тридцать воинов. Цель проста – любой ценой присоединить систему к Империи. Когда мы вышли с корабля, я увидел их: какие-то ракообразные существа, мелкие глаза, странные клешни. Как они вообще стали доминирующим видом на планете? Нас встретили и провели во дворец местного правителя. Все здания были украшены символикой ракушек. Пройдя в огромный зал, мы почувствовали, как нас попытался ослепить блеск золота и драгоценных минералов.