Шатенка выпрямилась, поджав губы.
– Так что мы действительно не знаем его истинного предела скорости. Мы вообще, если быть до конца честными, мало что знаем о границах его сил, их пиках и их физической природе. Мы можем фиксировать только следствия.
– Понятно, – процедила президент. По её лицу было видно, что эта неопределённость ей глубоко не нравилась.
– Как думаешь, сможем ли мы полностью его контролировать? – спросила президент и решительно отложив отчёт в сторону, сцепив пальцы в замок.
– Я думаю, что нет, – ответила куратор. – А если и сможем, то лишь временно, манипулируя или шантажируя безопасностью его семьи. Но это игра с огнём, товарищ президент. Если «Объект» решит, что мы угрожаем его семье, наше правительство, скорее всего, перестанет существовать в течение получаса.
– Хорошо, – хозяйка кабинета тяжело вздохнула. – Что насчёт наших западных «партнёров»? Что они успели прознать о нём?
– Скорее всего, Белый дом и Пентагон уже в курсе о нём, но не о его возможностях. Но открыто действовать они не посмеют – слишком велик риск. Сейчас реальные неприятности нам может доставить только Лига Справедливости. По нашим данным, они официально внесли Тень в список опасных суперзлодеев. Их позиция однозначна – схватить его любой ценой.
Президент на секунду задумалась, её взгляд стал жёстким и холодным.
– В таком случае, в тактическую броню, которую вы сейчас для него проектируете, нужно скрытно добавить клинки из криптонита. Если Супервумен прилетит за его головой, у нашего защитника должен быть весомый аргумент.
– Разумное решение. Я немедленно передам ваше пожелание инженерам в лабораторию, – куратор кивнула, делая пометку в планшете.
Ну и тоска. Я торчал на этой подземной базе уже второй день, и стены предоставленной мне комнаты начинали давить на мозги. Никаких обещанных вариантов костюма, ни возможности просто выйти на воздух или хотя бы размяться.
Больше всего раздражало то, как меня пытались незаметно исследовать. Учёные всерьёз недооценили возможности моей чувствительности. Они думали, что я не замечаю постоянного, монотонного гудения от активных датчиков, которые просвечивали комнату вдоль и поперёк каждые несколько часов.
От скуки в промежутке между сканированиями я попытался расковырять выданный мне служебный планшет и поглядеть на местные базы данных, но тут меня ждал облом: местный технарь закрутил гайки намертво. Операционку обрезали до состояния ущербного калькулятора, так что развлечься не вышло.
Наконец, тяжёлая дверь комнаты с тихим шипением отъехала в сторону. На пороге показалась незнакомая блондинка в строгом сером костюме-тройке.