– Абсолютно ничего, – женщина у окна устало потёрла виски, на её лбу проступили мелкие капли пота. Она тяжело выдохнула, словно пыталась сдвинуть гору. – Я не могу на него ментально воздействовать. Вообще.
– И почему же? – чиновница недовольно нахмурилась, скрестив руки на груди. – Твоих сил всегда хватало, чтобы колоть самых стойких шпионов. И до этого ты пусть с трудом, пусть слабо, но влияла на него. В чём проблема теперь?
– Как бы вам объяснить... – женщина задумалась, подбирая слова. – У каждого живого существа есть естественная ментальная защита. Но у девяноста девяти процентов людей на Земле она слабая, тонкая, практически не чувствуется. Но не у него. Его защита и до меня была сильной, но сейчас… – женщина вновь взяла паузу. – После первого контакта его организм отреагировал на телепатию как на инфекцию. Он стал быстро, наращивать психическую устойчивость. Словно вырабатывал антитела к моим силам. Сейчас его сознание... словно заковано в монолит. Я просто бьюсь лбом о глухую стену.
– То есть ты упустила его? – чиновница разочарованно поджала губы. – Как думаешь, более сильный телепат сможет повлиять на него или подчинить? Что будет если Лига Справедливости натравит на него кого-то из своих мозгоправов?
– Думаю, что в принципе, это возможно, – осторожно ответила экстрасенс, поправляя пиджак. – Абсолютной защиты не бывает. Тут может быть три исхода: Слабый телепат будет безуспешно биться о стену. Кто-то посильнее, сможет повлиять, но лишь временно и поверхностно — объект либо сразу окажет сопротивление, либо продержится, пока его защита снова не подстроится. А вот если за дело возьмется кто-то по-настоящему сильный... Его либо подчинят, пусть и ненадолго, либо выжгут мозги если он будет сопротивляться. Впрочем, трудности у этого телепата возникнут, это точно. Если хочешь, я могу попытаться научить его специальным техникам, чтобы он мог ещё эффективнее противостоять ментальным атакам извне.
– Это плохо, – задумчиво протянула чиновница, и на её лицо вернулась привычная холодная маска. – Лучше, чем могло быть но хуже чем хотелось бы. Сверху ещё не приходили распоряжения по этому поводу. Будем решать проблемы по мере их поступления.
Не знаю, к каким именно выводам они там пришли по итогам своих бесконечных тестов и графиков, но про меня забыли еще на неделю. На мои расспросы Лена «секретарша», таскающаяся за мной по базе, – сухо отвечала, что скоро мне одобрят небольшой отпуск, и я смогу наконец-то повидаться с семьёй.
Так и случилось. Спустя несколько дней ворота комплекса приоткрылись, и я наконец-то вернулся домой.