Тут в разговор вмешалась «мачеха», которая до этого момента молча наблюдала за нами:

– И что конкретно ты будешь для них делать?

– Вроде как охотиться на злодеек или типа того, – неопределённо пожал плечами я. – Буду щитом и мечом что защищает государство. Или что-то в этом роде. В общем, скучать не придётся.

– И на сколько тебя отпустили в этот раз? – спросила мама, переводя взгляд на стоящую на столе чашку.

– Думаю, пока не позвонят, – я достал из кармана свой мобильник и покрутил его в руках. – Телефон-то мне в итоге вернули.

И, как я понял, на телефон мне установили прослушку. Хотя чего ещё от них можно было ожидать? Впрочем, мне было всё равно – пусть развлекаются. Мы проговорили с родителями ещё около часа, обсуждая всякие мелочи, а ближе к вечеру я пошёл прогуляться по району.

На улице уже сгущались сумерки. Я шёл по знакомым тротуарам, и меня не покидало одно дурацкое, давящее чувство... Ощущение, как будто я стою на месте. Хотя почему «как будто»? Так оно и было. После Греции я ровным счётом ничего не делал в плане развития собственных сил. Сидел в четырёх стенах, летал по указке операторов, таскал ледышки на потеху учёным. Настоящего прогресса не было. А ведь мне, по-хорошему, нужно становиться сильнее, и как можно быстрее. Пока ты спишь - враги становятся сильнее.

Я усмехнулся, глядя на загорающиеся уличные фонари. Пора было устроить себе настоящую тренировку, о которой не узнает никто кроме меня.

Оглядевшись вокруг, только теперь я заметил, что забрёл куда-то в ебеня. Вокруг высились серые коробки многоэтажек, а под ногами тянулся щербатый асфальт. На дворе только начало весны, а я в обычной футболке, шортах и шлёпках. Прохладно ли на улице? Наверное, да. Судя по тому, как тепло закутались редкие прохожие и как дико на их фоне смотрелся я, температура была близка к нулю. За такими наверняка очень важными мыслями я даже не заметил, как окончательно стемнело.

На глаза попалась старая детская площадка. Вокруг никого не было, так что я спокойно прошёл к ней и сел на металлические качели. Цепи натужно звякнули под моим весом, но выдержали.

Я откинул голову назад, глядя в бездонное ночное небо. Далёкие, холодные звёзды мерцали над головой, и этот вид, мгновенно нагнал на меня тоску по Империи. Я замер, качнувшись на качелях, и поймал себя на горькой мысли: почему я мёртвой хваткой вцепился в это прошлое? Почему меня так тянет туда? К другой жизни, другой цивилизации, другим лю… Вилтрумитам. Они остались где-то там в другой жизни? Я ведь здесь, на Земле. Я прожил полноценные восемнадцать лет. У меня есть семья, есть имя, даже работа теперь есть. Почему же старая память до сих пор перевешивает всё, что дал мне этот мир?