— Любовь Ивановна! — не выдержал Дато. — Советская республика сначала восстанавливала страну после Гражданской! Потом проводила индустриализацию! Потом воевала с фашизмом! Мы только-только начали нормально жить…

— И это мои лучшие ученики, — покачала головой Испанка. — Критическое мышление вам отбили до самых печенок. У вас же пятерки по мировой истории — а ничего не видите. Как будто слепоглухие. Точно moai de Rapanui, хоть заобижайтесь, но это вы и есть. История Советской республики не является чем-то исключительным. Гражданская и в Испании была, и в США, и много где еще. И не только Советский Союз пострадал от войны, Европе тоже досталось. А жизненный уровень рабочих несопоставим. Гражданская и военная разруха — это отговорки. На самом деле у нас просто решили, что людям ничего, государству все. Называется это непотребство принципом сильного государства. Все остальное — следствия одного решения. Мы боролись против него, но… уступили ради светлого будущего страны. Как итог — у студентов нищенские стипендии, у колхозников — нищенские пенсии и зарплаты, у всех очень скромный уровень жизни и дефицит буквально всего. И еще куча других мерзостей. Вот из-за одной из них я вас и выловила. Я везу первый курс на картошку, а там одни девчонки. Мне требуется силовая поддержка. Вы требуетесь. Спортсмены, комсомольцы и просто красавцы. С комитетом комсомола и руководством факультета я договорюсь.

— Любовь Ивановна, за что⁈ — возопил эмоциональный Гиви. — Мы свое откопали! Что, местные хлопчики девочкам картошку не помогут загрузить⁈

— Вот из-за местных хлопчиков вы мне и нужны, — поморщилась Испанка. — Дима, ты же сам из деревни, объясни товарищам!

Дима, охотней отзывавшийся на кличку Дато, тоже поморщился:

— Ну… да. Подопьют на танцах и полезут к студенткам. Такое может быть. Точнее, будет обязательно.

— А милиция куда смотрит?

— Какая вам милиция в деревне? Один участковый на три села. Только мы, Любовь Ивановна, в этом деле впятером не поможем. У деревенских драки у клуба — любимое развлечение. Получат по сопаткам — снова припрутся. Для них это нормально. Подумаешь, рожи разбиты. А так новый интерес, городские девочки, то-се. Ну и городским принято подвешивать, чтоб не гордились.

— Да? А почему нас не трогали на картошке? — взъерошился Серго. — Ничего такого не помню!

— У нас мужская группа, не сравнивай, — пробормотал Дато. — Спецнабор. Тридцать бугаев, и все спортсмены. И на местные танцы мы не ходили. А пошли бы — огребли б без вариантов. Ради такого дела из соседних деревень подтянулись бы.