потянуть время и пообещал вернуться к этому вопросу тогда, «когда улицы деревни Волфино побелеют…» Если убрать витиеватость политеса, то жениху явно посоветовали не появляться до зимы. Но ухарь-купец, простите, ухарь-корнет поступил иначе. Утром перед глазами генерал-лейтенанта, подошедшего к окну, дабы порадовать свой взор весенним пейзажем, оказались десятки телег, из которых на землю щедро сыпалась белая, как первый снег, сахарная пудра, которая уже покрывала дорогу к Александровскому парку. За ночь организованный влюблённым корнетом обоз доставил с ближайшего семейного завода сотни пудов сахара. Генералу, пойманному на слове, осталось лишь благословить молодых. Правда, на этом военная карьера корнета завершилась. Недовольный подобной расточительностью, его отец настоял на отставке и отправил сына в почётную ссылку в Европу с целью скупки произведений искусства для семейной коллекции. Вот в такой семье и появился на свет наш фигурант. Получив начальное образование в России, он как истый представитель «золотой молодежи», продолжил его за границей. В Лейпцигском университете весьма компетентные преподаватели помогли юному Мишелю проникнуться пониманием катастрофического отставания экономики «варварской» России от экономики передовых стран Западной Европы — Франции и Германии. Далее последовал переезд в «форпост демократии» Лондон, где на протяжении многих десятилетий находили благожелательный прием те наши «патриоты», которые предпочитали любить и поучать собственный народ, находясь от него как можно подалее, дабы не оскорблять собственное столь чувственное обоняние так называемым «русским духом».
Затем — краткосрочная стажировка на семейном предприятии в Тёткино в 1906 году. Свое совершеннолетие Михаил встретил в казино Монте-Карло. Полностью вступивший в права наследования огромного состояния, он играл всю ночь. В результате под утро главный стол с рулеткой был накрыт черным сукном, что означало, что ресурсы казино исчерпаны. По словам самого Терещенко, его триумфальная победа объяснялась частично удачей, а частично знанием теории статистики, которую ему прочитал профессор Карл Бюхер в Лейпцигском университете. По имеющейся у нас информации именно во Французской Ривьере, где Михаил проводил время в компании «золотой молодежи» из Санкт-Петербурга, в перерывах между поглощением устриц под шампанское с жаром обсуждавшей тяжкое положение несчастного российского народа, угнетаемого венценосными сатрапами, он сошёлся с масонами.
Летом 1907 года во Франции он познакомился со своей будущей супругой Маргарет Ноэ. Но его мать Елизавета Михайловна категорически возражала против венчания, утверждая, что в их роду никогда не было и не будет француженок, поэтому Михаил Иванович длительное время жил, так сказать, на два дома, курсируя между Парижем и Санкт-Петербургом.