Демьян садится в кровати, поправляет волосы.
— Дело не в этом… — начинает. — Я просто был зол. Очень зол, Лена. И не хотел на тебе сорваться. Поэтому и решил сделать перерыв.
— Перерыв? Это так сейчас называется? То есть, ты не избегал меня, а просто сделал перерыв.
Не знаю каким образом, но мы вдруг начинаем выяснять отношения прямо в маленьком номере мотеля, где скорее всего весь этаж слышит наши крики.
Демьян резко встает с кровати. Его плечи напряжены, глаза сверкают в полумраке номера. Он делает шаг ко мне — уверенный, сильный, и я невольно отступаю на шаг назад. Но он тут же сокращает дистанцию. Встаёт вплотную. Почти дышит мне в лицо.
— Я не избегал тебя, Лена, — произносит он тихо, но от этого только страшнее. — Я бесился. И очень сильно злился на тебя.
Я молчу, сердце бьется так громко, что кажется, оно сейчас вырвется наружу.
— Ты поехала к своему бывшему, — продолжает он, глядя прямо в глаза. — К человеку, который не умеет контролировать себя. Который может ударить. Тебе в голову не пришло, чем всё это могло закончиться?
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но он не даёт мне вставить ни слова.
— Ты могла сказать мне. Но нет, ты поехала одна. — Его голос срывается. — Что, черт возьми, ты там забыла?
— Вещи… — шепчу. — Там были мои вещи.
— Так ты могла попросить меня. — Он смотрит так, будто я его реально ранила. — Я бы поехал с тобой. Почему ты оказалась на дереве, Лена?
Я сглатываю, отвожу взгляд.
— Прости, — выдыхаю я. — Я не думала, что это так…
Он подаётся ещё ближе, его рука обхватывает мою талию.
— Ты вообще ни о чём не подумала, Лена, — шепчет он прямо у моего уха. — Кроме того, как сделать всё по-своему.
Я чувствую, как от него исходит тепло. Его дыхание обжигает шею.
— Ты злишься, — говорю я.
— Я чертовски злюсь, — подтверждает он. — Но ещё сильнее... хочу тебя.
Я не успеваю ничего ответить. Его губы накрывают мои с такой силой, что всё остальное в мире просто исчезает. Я хватаюсь за его плечи, он сминает меня в объятии, как будто хочет быть уверен, что я с ним и никуда не денусь.
Он поднимает меня — легко, будто я ничего не вешу, — и несёт обратно к кровати. Резко опускает на матрас. Сам ложится сверху, накрывая меня своим телом.
— Никуда больше одна, поняла? — хрипит он, глядя мне в глаза. — Никуда.
Я киваю, замирая под ним.
И тогда он снова целует меня, напрочь выбив из моей головы тот факт, что еще пять минут назад, я брезговала даже сесть на эту кровать.
Я вся дрожу под ним. И от холода в номере, и от желания. Демьян смотрит на меня, тяжело дышит, его взгляд цепляется за каждую черточку моего лица.