Он смеется и падает на кровать рядом со мной.
Мы лежим, пытаясь отдышаться.
Демьян переворачивается на бок и, не говоря ни слова, медленно проводит ладонью по моей талии. Касается кожи так, будто боится спугнуть. Его запах сводит с ума. Пальцы описывают круги, и с каждым таким движением я всё больше осознаю, что…
Что. Я. Только. Что. Сделала?
Я лежу обнажённая в постели со своим начальном… или соседом? Даже не знаю как правильно назвать этого мужчину. Подозревала, что он сталкер и преследует меня, но так отчаянно ему отдавалась.
Я отворачиваюсь и прикусываю губу. Щёки горят, уши тоже. Голова пульсирует — не от боли, а от стыда. Почему всё так… ярко, и абсолютно неправильно?
Я уже готова спрятаться под одеялом и притвориться спящей, как вдруг…
— МОИ ПИРОЖКИ! — вскрикиваю я и сажусь резко на кровати.
— Что? — спрашивает Демьян.
— Пирожки! Я же от мамы принесла! В пакете! И оставила в подъезде! — Я хватаю ближайшее, что попадается под руку — его футболку — и натягиваю ее на себя, подскочив с кровати.
— Ты точно взрослая женщина? — смеётся мне в спину. Он сейчас такой живой, настоящий, расслабленный, довольный, каким я его ещё не видела.
— Не в этом дело! — метаюсь в поисках трусиков. — Мама же так старалась! И не пялься на мою задницу, — бросаю ему через плечо.
Я запрыгиваю в свои джинсы, не застёгивая их до конца, и мчусь к двери, поправляя волосы.
Осторожно приоткрываю дверь и босая выглядываю на площадку. Коридор пуст. Какое облегчение. И вот они — мои пирожки. Стоят рядом с дверью моей квартиры.
Я беру пакеты и возвращаюсь в квартиру. Замираю прямо посреди коридора. Не понимаю, что делать дальше. Становится безумно неловко.
Между ног всё ещё влажно и горячо. Все пульсирует. От мысли о том, что мы с Демьяном делали — щеки вспыхивают. Я чувствую, как всё внутри предательски сжимается от ощущений, что я пережила. Он так смотрел на меня… Мой муж… он давно не был со мной такой. Конечно, почему ему быть голодным к сексу, если есть Ритка. А если не Ритка, то еще кто-то.
Господи. Я падшая женщина. Настоящая. Без тормозов. Мне стоит сейчас же собрать свои вещи и сбежать к себе.
Но накрутить себя окончательно не успеваю.
В коридор выходит Демьян в одних боксерах. Я только теперь замечаю у него на ребрах небольшое татту. Он подходит ко мне, и прежде чем я успеваю отшатнуться — тянет меня к себе. Обнимает. Прижимает к голой груди и целует в лоб.
— Не стоит так усиленно думать, — шепчет в волосы. — У тебя прям на лице написано, что у тебя сейчас активный мыслительный процесс происходит. Сделать чаю? Или… полежим немного?