— Уверена на все сто процентов, — чувствуя, что слегка отвлеклась от портившей мне настроение тревоги, заверила я брата. — Несмотря на количество нулей, подобной суммой заказа шефа вывести из состояния равновесия невозможно, так что клиент нервировал его чем-то другим. И я думаю, что это были феромоны.

— Феромоны? — переспросил удивленно брат.

— Это…

— Да знаю я, что это такое, — несколько грубовато перебил меня Стас, тут же взглядом попросив извинить за выпад. — Я думал, что их можно использовать только для обольщения.

— У Тимура Мидхатовича — выраженный мачизм, — со смешком пояснила я свои предположения. — Думаю, он воспринимал клиента, как более молодого соперника на своей территории. Со всеми вытекающими из этого последствиями в виде повышенной нервозности и агрессии.

— Хотел добиться лучших условий? — тут же уточнил брат.

— Не знаю, — качнула я головой. — Через двадцать минут переговоров клиент сказал, что ему требуется срочно позвонить и исчез с концами.

— Даже так⁈ — не скрыл Стас своего удивления. — И ты говоришь, что ваш гений на этого типа ничего не нашел? — вспомнил он про ангела-хранителя информационной вселенной, о котором я не раз рассказывала едва ли не фантастические истории.

— Ни-че-го! — по слогам подтвердила я. — И если бы у Мидхатовича не сработала чуйка и он не вызвал меня…

— А этот тип был не по твою душу? — неожиданно перебил меня брат.

И я вновь качнула головой. Была такая мысль, но мелькнула и ушла, потому как посчитать, что на меня пытались выйти через контору — паранойя чистой воды.

Там я была всего лишь бухгалтером. Да, хорошим, но…

И все-таки что-то вновь и вновь возвращало меня к этой ситуации. Не отпускало, требовало вспоминать каждое слово, каждый жест, каждый взгляд. Снова проходить весь путь от метро до офиса; прикасаясь к перилам, подниматься по лестнице; идти по коридору, отвечая на приветствия.

Это было не сложно — я давно научилась свободно чувствовать себя в прошлом, словно в первый раз переживая ушедшие мгновения, но пока что бесполезно. Зацепиться было не за что, но…

Но ведь свербило! И чем дальше, тем сильнее.

А еще эта дорога…

— Отец звонил…

— Что⁈

Стас не затормозил, но если верить тому будущему, которое я «увидела», именно это он и собирался сделать, удержавшись едва ли ни в последнее мгновение.

— Гав⁈ — неожиданно поддержал брата подскочивший Джонник, повторив те же вопросительно-гневные интонации.

— Что случилось? — вытащила Ольга наушник из уха.

— Ничего, — сделала я невинное выражение лица. — Просто разговариваем.

Подруга вряд ли мне поверила, но настаивать не стала. Только ухмыльнулась многозначительно, посмотрела в окно — пейзаж за стеклом практически не менялся, оставаясь все таким же пасторально-иделлическим, подмигнула Джоннику и вернула наушник в ухо.