После шестого набранного номера он попал туда, куда нужно.

Игнат на это надеялся.

— Приехали!

Он подошел к большому окну лишь на мгновение позже Романа. Встал рядом… плечом к плечу.

Сердце замерло — ощущение было не из приятных, потом дернулось, словно собираясь о чем-то предупредить, ударило под нижнюю челюсть, заставив закашляться.

Черный мерс остановился у ярко освещенного крыльца как раз в тот момент, когда он, откашлявшись, вновь посмотрел в окно.

Один из охранявших дом бойцов не сказать, что торопливо, но как-то порывисто подошел к машине. Раскрыв большой зонт, открыл заднюю дверь. Протянул руку…

Игнат отмечал это, как отмечают то, от чего зависит жизнь.

Состояние было странным, но… не незнакомым. Так уже было. Дважды. Каждый из них он действительно стоял на грани.

В первый раз это была смерть, с которой разминулся только по счастливой случайности. Во второй, кардинальные изменения в жизни, когда чужая подстава сделала из него частника.

Этот, если верить подсказкам, собирался стать третьим.

Чего ждать от него Игнат не знал, потому и всматривался в происходящее за стеклом.

Вот в пятне света появился носок красной туфельки на умопомрачительном каблуке. Затем того же цвета ткань — подол длинного платья…

Женщина, которая, выйдя из машины, посмотрела точно на них, была вызывающе красива и цельным образом и его отдельными частями. Высокая прическа, собранная из темно-каштановых волос. Гармоничные черты лица с его огромными глазами, точеным носиком, высокими скулами и небольшим, прекрасно очерченным подбородком. Длинная шея. Грудь. Тонкая талия, подчеркнутая обтягивающим ее тело платьем. Прекрасной формы бедра. Ноги…

Обычная красивая женщина, если, конечно, красивая женщина может быть обычной.

Так было бы, если бы не ее взгляд…

Вечер был нервным. Мне хотелось тишины. Прихватив книгу, забраться с ногами в любимое кресло, укрыться пледом и забыться в чужих приключениях.

А еще добавить для удовольствия бокал красного вина, гроздь винограда и ломтики твердого, с едва заметной кислинкой, сыра.

Включить запись дождя — только создать белый шум, и остаться наедине с собой и созданным фантазией автора миром.

Увы и ах! У Стаса, любимого старшего брата, оказались на меня совершенно другие планы, так что вместо созерцательного ничегонеделанья, если чтение не принимать за работу, я в очередной раз изображала его подружку на великосветской тусовке в одном из новых гламурных клубов столицы.

— Видишь, Егор Кеосояди, владелец «Агры», — после очередного моего тяжелого вздоха, прошептал в ухо Стас. Обхватил за талию и чуть развернул, уточняя направление. — Справа его дочь, а слева — жена. Впрочем, — брат иронично хохотнул, — я могу и ошибаться.