София слегка улыбнулась, посмотрев на монитор, куда транслировалось изображение с камер видеонаблюдения:

— Скажи, Рэм, ты доверяешь этим людям?

— Думаю, что могу доверять, — настороженно ответил я, осознав, что попал в собственную логическую ловушку, которой тут же воспользовалась девушка.

— А эти люди доверяют тебе? — Ее голос прозвучал столь бесстрастно, что у меня не возникло мысли о том, что она хочет меня подловить, однако у меня сложилось явное ощущение, что я играю в шахматную партию, в которой я сделал неверный ход и теперь вынужден доигрывать наперед зная, на чем именно прокололся.

Вздохнув, я так же посмотрел на монитор и увидел, как сменялся караул на точках патрулирования, как сонные девчонки подготавливали снаряжение и заряжали патроны в рожки, чтобы утром мы продолжили захват завода:

— Надеюсь, что доверяют. Почему ты об этом меня спрашиваешь? — поинтересовался я, надеясь что дочь профессора не исполнит «гамбит».

София отвлеклась от монитора, посмотрела на меня и я понял, что сейчас она поставит мне мат:

— Но ты же ведь хладнокровно распоряжаешься их жизнями, разве нет? — Она пожала плечами. — Одних ты отправляешь в разведку навстречу неизвестности, других ведешь в прямой бой, а четвертых — в тыл.

Все эти люди знают о том, что ты по факту решаешь их судьбу, и, что самое главное, ты сам прекрасно знаешь об этом. — Девушка сделала паузу, словно давая мне время верно понять ее слова. — И большинство этих людей подобное положение устраивает. Несмотря на то что, повторюсь, ты хладнокровно распоряжаешься их жизнями, между вами есть доверие, — она указала на монитор, — я вижу твой логический подход и расчетливость в управлении людьми. Из чего я могу сделать вывод, что ты руководствуешься большой целью, нежели обычное выживание. С такими взглядами на жизнь я уверена на восемьдесят три целых шесть десятых процента, что уже в ближайшее время, несмотря на горечь утраты товарища, мы сможем начать доверять друг другу.

Я хмыкнул от такого оптимистичного прогноза девушки, и задал свой вопрос словно пытаясь показать ей протест против холодной логики:

— А если ты ошибаешься⁈

София вернула мне грустную улыбку и тихо ответила:

— Тогда просто знай, что я доверяю тебе на все сто процентов. Думаю этого нам вполне хватит. Если спросишь почему, то я отвечу, что ты уже дважды спас мою жизнь! Мой отец сделал для меня меньше. И то, по сути он помог через тебя.

Мои брови удивленно приподнялись вверх:

— Дважды?

Девушка печально кивнула:

— Первый раз ты спас меня, решив вызволить из подземной лаборатории «Кормильца». Второй раз — когда оставил в тайне от своих граждан детали гибели Вольдемара, — София замолчала.