Николь задержала камеру на ближнем плане: у стола, сложенного из ящиков, при свете лампы из портативной LED-панели, сидела медсестра Оля. Девушка в медицинской маске корявым, торопливым почерком вносила данные в толстый медицинский журнал. Перед ней на ящике сидела пожилая женщина, дрожащими руками державшая кружку с горячей водой, которую ей только что дали.
Однако сама мулатка смотрела не на Олю, а на очередь, выстроившуюся вдоль стены. Подавленные, изможденные до крайности лица устало улыбались. В кадре появилась группа молодых парней и девушек — студентов из местного аграрного университета, если судить по обрывкам грязной униформы. Следом шли старики в затертой синей форме работников этого завода, морщины на их лицах казались еще глубже от въевшейся копоти, будто врезанными в кожу пережитыми страданиями и безнадегой; один слепо жмурился на свет лампы, словно она была солнцем, лучи которого он так давно не видел, другой беззвучно шевелил губами, продолжая благодарить каждого гражданина Цитадели за спасение. Последними была — кучка мужчин в грязной, порванной, но все еще узнаваемой военной форме, человек десять, не больше. Они стояли чуть отдельно, пряча руки за спины или в карманы, их взгляды были не подавленными, а острыми, настороженными, изучающими — оценивающими не только медсестру, но и вооруженных людей из второго рубежа, тени у стен, возводимые баррикады на площадке между ангарами. В их позах читалась усталость, но и остатки дисциплины, привычка к опасности. Отведя пристальны взгляд от солдат, Николь заметила, как они из стрелков кивнул ей, словно давай ей понять, что они осознают, что за ними нужен глаз да глаз и они ни на миг не ослабят бдительности.
Разминувшись с парой работяг из четвертого рубежа, тащивших тяжеленную бухту бронированного электрокабеля, девушка на мгновение перевела камеру на их согнутые под тяжестью спины. Мужики, кряхтя, но без стонов, тянули провод от шумящей генераторной, расположенной рядом с первым ангаром, ко входу во второй. Их цель — обеспечить светом и энергией временный медпункт и будущие жилые сектора. А затем создать силовой узел.
— Почти дотянули, братва! — крикнул им кто-то. — Подключаемся к «Шторму»! Даешь свет в бараки!
Грохот приближающегося вертолета внезапно обрушился на пространство между ангарами, быстро заглушая все остальные звуки. Он завис над площадкой прицеливаясь к месту для посадки. Николь, забыв на время про спасенных, решила запечатлеть момент приземления. Граждане Цитадели, без лишних команд, четко и организованно освободили центр площадки для опускавшейся «вертушки». Военная машина, сверкая красными габаритными диодами плавно опустилась на землю. В воздух поднялись вихри из остатков опавших и перегнивших листьев, бумажного мусора и едкой, серой пыли завода, въевшейся даже в стены ангаров. Пыль ударила в глаза, забивала нос, но Николь, прищурившись, продолжила стоически снимать, прикрывая объектив ладонью от самых сильных порывов.