— Держись… — прошипел я дочери профессора, плечом выбив обычную дверь в предвкушении столкновения с моим главным врагом.

Серое, жестяное полотно смялось как лист бумаги и сорвалось с петель, с грохотом упав на пыльный пол. В образовавшемся проеме открылся обзор на бетонную лестницу, уходящую наверх всего лишь на три пролета.

Бросив короткий взгляд на уровень заряда основного аккумулятора в восемьдесят семь процентов я начал свое восхождение наверх, держа на руках девушку. Леший без лишних команд скинул с плеча свое оружие, после чего стал подниматься в пол оборота, постоянно держа на прицеле дверь. Вольдемар не отставал ни на шаг, продолжая удивлять меня своей проворностью. Грохот стальных костюмов заполнил все пространство, совершенно не позволяя услышать приближение бойцов организации.

На визоре появилось изображение входящего звонка.

— Витязь, ответь.

— Млять, товарищ Галилео, тебя где носит⁈ — раздался в динамике голос подполковника.

— Витязь, вышли координаты, — отдал я голосовую команду, — Гроза, у нас минус один, сейчас пытаемся скрыться от преследования. Через минуту поднимемся на поверхность, как принял?

— Понял, принял. Ждите, — отрезал подполковник и наша с ним связь на этом закончилась.

Генератор на костюме тихо загудел, включив систему климат-контроля, когда температура внутри стала подниматься выше отметки в двадцать один градус. Я мельком посмотрел на термометр и с удивлением обнаружил, что температура на улице опустилась до четырех градусов тепла. Видимо сказывалась нагрузка, на систему питания да и моя собственная температура тела, раз автоматика решила «охладить» своего хозяина.

Поднявшись на предпоследний пролет мы услышали оглушительный грохот пулемета. Каждый из нас немного присел от неожиданности, но когда мы поняли, что шум стрельбы доноситься с улицы и он сливается с гулом вращающихся лопастей вертолета, то прибавили ходу.

Вверху я приказал Лешему скинуть вниз все шашки, какие у нас имелись, в надежде на то, что густая завеса дыма сможет задержать преследователей. В этот же момент Вольдемар с ноги выбил дверь, удивив меня тем, что он не стал орать заветную «Спарту». Видимо адреналина выживальщика хватало на то, дабы с легкостью и ловкостью гимнаста выполнять сложные и тяжелые движения в неповоротливом костюме на базе строительного экзоскелета.

Выбитая дверь влетела внутрь погруженного в темноту магазина. Я нахмурился от одновременного удивления и очевидности того зрелища, какое открылось моим глазам. Луч фонаря на моем шлеме выхватил из темноты помещения деревянные прилавки на которых лежали иссохшие фрукты. Сморщенные, покрытые серо-зеленой плесенью, после увиденного в подземной лаборатории, они казались мне не просто опасными, они казались мне живыми. София, будучи единственной без средств химической защиты, скривилась от витавшего в воздухе смрада…