После моего жеста обмякший Леший, забавно болтавший конечностями, ожидаемо свалился на пол мешком. Мы втроем уставились на расслабленное тело, которое издало жалобный стон. Тишину подземелья наконец разорвал искрений смех, убравший витавшую между нами напряженность.

От души проржавшись, Вольдемар первым среагировал на то, что стрелок из второго рубежа наконец начал приходить в себя:

— Мать твою! Он же может быть заразным!

В следующий момент уже Радик начал издавать жалобное мычание, приглушенное надетым на лицо респиратором. Выживальщик спихнул его с руки так, словно бы разведчик первого мог предать болезнь даже сквозь листы брони его экзоскелета.

— Они заразны⁈ — со сталью в голосе спросил я, уставившуюся на парней, Софию. — Они заразны?!! — уже закричав, повторил я вопрос, когда Леший уселся на задницу, раскинув ноги в стороны.

— Я пока не располагаю такой информацией, — спокойно ответила девушка, ловко перехватив отвертку как нож, — Мне еще не доводилось видеть людей, которые смогли пройти сквозь лес «проросших»!

— Понял, — коротко ответил я, бросив быстрый взгляд на Вольдемара.

Выживальщик тяжело вздохнул, с мелодичным звуком выпустив алебарду. Парень встал позади Радика и приготовился в любой момент подарить милосердное освобождение нашему разведчику из первого рубежа, если тот все же поддался заразе и обратился в зараженного. Я незамедлительно повторил за ним жест, выпустив клинки и встал рядом с Лешим. София без лишних слов поняла наши намерения и безмолвной тенью скользнула за мою спину.

Секунды ожидания тянулись бесконечно.

— Что за херня⁈ Ммм моя голова… — прошипел Леший и резко повернулся, когда услышал утробное рычание справа от себя.

Я уставился на Вольдемара. Выживальщик поднял над головой руку с алебардой и замер в нерешительности, пока студент под его ногами вставал на четвереньки. Бледное лицо Радика, покрытое испариной от снятого противогаза растянулось в широкой, хищной улыбке. Торс несколько раз содрогнулся от конвульсий. Сквозь сжатые зубы его грудь с шипением наполнилась воздухом и по помещению разнесся утробный хохот.

Сервоприводы на моем костюме взревели как черти. Пневматика со злобным шипением выбросила сжатый воздух, когда я сорвался с места. Пространство вокруг меня смазалось и растянулось, превратившись в длинный тоннель, в конце которого я видел хищную улыбку рукотворной чумы, положившей нашу цивилизацию на жертвенный алтарь перед теми, кто решил, что именно они в праве решать судьбу человечества.

Мой стальной костюм нес меня вперед, неумолимо сокращая расстояние между мной и заразившимся парнем, который рискнуть своей жизнью в опасной операции, ради успеха нашей цитадели. Несмотря на слаженность работы механизма, мне приходилось прилагать титанические усилия над собой, дабы делать каждый следующий шаг. За взглядом ухмыляющихся, выпученных глаз я уже не видел ничего человеческого. Я уже отстраненно наблюдал, как моя рука с клинками неумолимо движется к голове парня и как до окончательной гибели телесной оболочки Зеленого Бешенства остались доли секунды.