— Служу Советскому Союзу, — выдохнул я, смотря на окна «Волги». Они начинали запотевать.

Мария села в машину чуть позже. И мы поехали в сторону конспиративной квартиры. Но один из милиционеров вдруг начал махать руками и бежать к нам.

— За что мы их задерживаем? — спросил сержант наклоняясь в открытое окно волги Никиты Сергеевича.

Никита же подумал и сказал:

— Для начала — до выяснения личности. Потом будем узнавать, что эти три человека делали с холодным оружием на задворках хлебозавода. Опять же, ножи… Их надо на экспертизу отдать.

— Есть! — произнёс сержант отходя от машины.

— На том, который в руку Сэмпаю воткнут, мои отпечатки. — проговорил я. — И так получилось, что я двумя работал.

— На экспертизе разберёмся, чии там отпечатки. — тихо проговорил Хрущёв, окликивая сержанта в окно, — В больнице с этих глаз не спускать! Лучше приставьте к ним наряд, а-то, нарисуют ноги, потом будем их по всему Центрально-Чернозёмной зоне ловить.

И сержант козырнув убежал исполнять.

— Ну и, Саша, ты, похоже, задал нам задачку на всю ночь. Будем с Машей по ним документы писать, — проговорил Никита Сергеич. — Но на самом деле это даже хорошо, чтобы потом ловить не пришлось. Единственное, будет правильно, отдать по справке их задержание ментам. Пусть радуются. У них и так тяжёлая работа, а поводов для веселья ещё меньше.

Через минут пять мы подъехали к конспиративной квартире.

— Так, я тебя, Саша, жду здесь, — сказал Сергей. — Бегом наверх, собираешь все свои вещи, и поедем.

— Вы меня лично повезёте? — спросил я.

— Конечно, лично, — ответил он. — Домой мне ещё минимум двенадцать часов нельзя. Подожду, пока жена остынет. Два раза за ночь на выезд, по зову женского голоса — такое с ней случается редко.

Я пошёл наверх вместе с Марией. Она молчала, явно переживая из-за того, что я подставил её покинув помещение.

— А вы обнаружили, что меня нет… — начал я разговор.

— … и побежала искать тебя. Можно даже сказать, что мне повезло, — произнесла она.

— Простите, — проговорил я. — Не знал, что доставил вам неприятности. И уж тем более не знал, что эти идиоты следят за квартирой.

— Саш, я не знаю, сколько ты будешь работать в нашем ведомстве, но всегда веди себя так, как будто за тобой следят. Здоровее будешь! — с этими словами она подошла к своей квартире и открыла дверь. — Доброй ночи, Моцарт.

Свою дверь открыл и я. Собрав все свои вещи, «дзюдогу» кэжуал-набор и кофеиновые напитки. Я смотрел на эту комнату: разбитое окно на кухне, пивной запах… И напоследок, взяв бидон, который я одолжил у Маши, пошёл к ней. Постучался. Дверь она открыла сразу и строго посмотрела на меня.