Дверь, как обычно, не была заперта ни обычным, ни магическим способом — Вечный никогда не запирал ее. Арон знал, что ему позволено было приходить в любое время без стука — и что последствия каждого визита будут зависеть исключительно от настроения старого мага.

Чутье вело себя странно. То оно подсказывало, что сегодня день для разговоров неподходящий. Что Арону стоит развернуться и уйти. Но, мгновение спустя, оно же говорило, что нужно остаться. Что остаться важно.

— Мастер, я… — Вечный обернулся, и Арон резко замолчал. Тело, украденное старым магом у Ипполита Молпади, больше не было юным. Морщины пересекли лоб, стали видны носогубные складки, свежий румянец юности исчез, кожа шеи и рук сморщилась, покрылась коричневыми пятнами. Когда это случилось? И почему? Впрочем, в прошлый раз тело Вечного тоже постарело сразу, резко и без видимой причины.

Вечный медленно поднялся на ноги, глядя на Арона без привычного равнодушия, порой сменяющегося насмешкой. Сейчас в его глазах была откровенная ненависть, яркая, яростная — и бессильная. Словно бы Вечный смотрел на того, кого он страстно мечтал уничтожить, но знал, что не сможет.

— Опять пришел злорадствовать? — голос Вечного тоже звучал непривычно, хрипло и сорвано. А еще в словах и интонации прорезался акцент, смутно знакомый. — Опять пришел рассказывать, как растет твоя сила? Как во все стороны света идут твои верные? И все благодаря нашей крови? Нашим жертвам? Нашей смерти?

Арон смотрел на Вечного, не мигая.

Позднее он попытается понять, кого именно видел в эти моменты старый маг вместо него. С кем на самом деле говорил. Но это позднее. Сейчас он пытался понять другое: что делать — или что не делать — чтобы ненависть, исказившая лицо Вечного, не привела к его, Арона, гибели.

Кто-то в давние времена использовал Вечного — и неведомых иных людей — использовал, чтобы получить могущество. Сколько своих прежних учеников Вечный убил, приняв в приступе безумия за этого кого-то?

Арон открыл рот, чтобы попытаться объяснить Вечному его ошибку, выдернуть его из иллюзии — и закрыл. Чутье наконец-то определилось и его предупреждение Арон услышал так четко, словно оно обрело способность говорить словами: «Нет! Смерть!»

Значит, выдергивать Вечного из иллюзии было нельзя. Тогда… Быть может, Арону стоило притвориться тем, кого Вечный «видел» перед собой?

На эту идею чутье настороженно промолчало.

— Это все в прошлом, — в голосе Арона не прозвучало никаких эмоций. Он не знал как именно этот неведомый враг относился к Вечному и не хотел ошибиться.