После памятного разговора с Этаби, когда хуррит заявил, что готов переселиться со всем своим родом, у меня состоялась консультация с археологом. К моему сожалению, украинец подтвердил мои догадки, сказав, что на рубеже XIII–XIV веков до нашей эры, Митахни теряет своё влияние и, в конце концов, поглощается соседними государствами, преимущественно хеттами и ассирийцами.

Сегодня вернулся к этой теме во время обеда. Завтра мне предстояло выехать к хеттской границе, где на время перемирия застыли две самые грозные армии Востока. В компании против хеттов я участия не принимал — у меня была рана в левой подвздошной области, да и почти весь мой спецназ получил различного рода раны. Шутарна своим указом повелел нам восстанавливаться, не желая подвергать опасности единственное элитное подразделение.

— Виктор, ты говоришь, что хурриты падут? Но за месяц войны с соседями население Вешикоане удвоилось, появились целые кварталы сангаров, касситов, даже хетты сюда идут. После нападения египтян Вавилон практически разрушен, касситы запросили мира, а Ниневия, столица Ассирии, обложена огромной данью. Остался только Супилулиум, да и тот просит мира.

— Это так, — не стал увиливать археолог, — но это временно́е явление. Вавилон ещё воспрянет, Аменхотеп предаст хурритов и присоединится к ассирийцам во время очередной компании. Я говорю про историю, которую изучал, но сейчас здесь наше влияние может менять сами процессы, — Саленко потянулся к кувшину с молоком. — Но любое изменение истории хурритов, непременно должно отразиться на изменении истории сопредельных народов. А это значит, — археолог отпил молоко, — нас здесь не должно было бы быть.

— Не понял, — этот чёртов засранец запутал меня своими словами.

— Мы здесь именно потому, что глобальных изменений не произошло. То есть, все победы хурритов с твоим участием не изменили сути процессов настолько, чтобы изменилась общая история Месопотамии.

— Всё равно не понял, можешь объяснить нормально?

— И я не поняла, — Ада присела рядом со мной, оставив домашние дела.

— Постараюсь, — Саленко выдохнул: — есть так называемый парадокс дедушки.

Это словосочетание я где-то встречал, но не придал ему должного значения в своё время.

— Ты возвращаешься в прошлое, приходишь к деду и приставляешь револьвер к его голове, нажимаешь на спусковой крючок, но ничего не происходит.

— Почему не происходит? — в унисон вырвалось у меня и Ады.

— Потому что, если ты убьёшь дедушку в прошлом, ты не родишься в будущем. Не родится твой отец, соответственно, не родишься ты. Это так называемая защита линии времени. Один из пяти парадоксов путешествий во времени.