Мужчина перекинулся парой слов с переводчиков и поманил нас рукой, открывая одну створку. В огромной зале, где спокойно поместились бы две волейбольные площадки, горели сотни светильников. Они были на стенах, свисали с потолков, стояли на столах, установленных буквой «П». Головы пирующих повернулись в нашу сторону, музыканты на минуту смолкли, ожидая, что скажет сам фараон, сын Бога Солнца.
На стороне перекладины, соединявшей ножки буквы «П» сидело всего два человека: я не сразу узнал Гилухепу в золотых парчовых одеждах. Рядом с ней сидел мужчина моих лет: он поднял руку, и шум моментально стих.
— Садитесь за стол и отведайте угощение сына Бога Солнца, — дрожащим голосом перевёл сангар, не поднимая взгляда с пола. Нам отвели место недалеко от царственной четы, оказав этим большие почести.
«Так вот ты какой, северный олень», — пронеслось в моей голове при виде мужчины, страдавшего лишним весом. Потеряв к нам интерес, фараон руками брал еду и запихивал в себя, запачкав подбородок. Я поймал взгляд Гилехупы, она мало походила на счастливую невесту среди этой разномастной и разукрашенной публики, где с первого взгляда трудно было определить, к какому полу относится сидящий рядом.
Прошёл год с нашего возвращения из Древнего Мемфиса, куда мы сопроводили дочь Шутарны. Аменхотеп имел уже жену, но это не помешало ему сочетаться с браком Гилухепой, получая в союзники правителя хурритов. Вопреки словам Саленко, жена которого должна была родить со дня на день, за этот год влияние Шутарны усилилось. Этому способствовало два фактора: — прочный мир с хеттами и союзные отношения с фараоном. Хурриты не преминули воспользоваться преимуществом своего положения: Шутарна направил свои войска на восток и юго-восток, повторно приводя к вассальной зависимости народы Месопотамии.
Под стремительными ударами хуриттской конницы, вооружённой длинными луками с моей подачи, одни за другим падали города и государства Двуречья. Ашшур вновь попал в зависимость к хурритам, из Аррапха были выбиты союзные силы сангаров и эсоров. Покончив с угрозой от восточных соседей, Шутарна направил свой взор на юг к побережью Средиземного моря. Халеб, Кардемиш, Кадеш и Тир являлись вольными городами, управляемые выборными градоначальниками. Один за другим вольные города склонились перед хурритами, признавая свою вассальную зависимость и обязуясь платить налоги.
Угарит, небольшое государство на побережье моря, сдалось без боя, предложив Шутарне огромный выкуп. Сильно ослабив ассирийцев и вавиловян, хурриты увеличили свои территории втрое. Только полунезависимые амореи и ханаанцы стояли между Египтом и Митахни, но Шутарна признавал эти народы как сфера влияния Аменхотепа.