— Увидел оленей, хотел подстрелить, ранил одного, но они ушли, — неудачливый охотник спешился:

— Надо пройти вниз немного, я буду идти по этой стороне.

— Вперёд, — развернув жеребца, начал движение на восток. Повозки со скрипом разворачивались на небольшом пятачке между зарослями, встраиваясь вслед.

Брод оказался недалеко, река в этом месте разливалась широко, образуя отмель на нашем берегу и галечный островок посреди течения.

— Найдём самое мелкое место, чтобы можно было перегнать овец и коз, — предложил Шулим, первым входя в воду. Пока я шутил и играл с близнецами, которых покормила Ада, воины нашли идеальное место для переправы. Если пересекать реку по диагонали, можно было не переносить мелкий скот на руках.

Первыми реку пересекли повозки с авангардом конного отряда. Верблюды и ослы уверенно шли в воду, волы также не проявили испуга. А вот с козами и овцами мы намучились — зайдя в воду, они начинали блеять и упирались. Лишь напирая сзади, удавалось заставить их идти. Воины выстроились цепочкой чуть ниже, подхватывая животных, которых сносила вода, и передавая их по цепочке. Но всё равно, несколько молодых овец вода унесла. Ягнят мы перенесли на руках, за время путешествия много овец и коз принесли приплод.

Закончив переправу, распорядился разбить лагерь, хотя до заката оставалось много времени. Шулим предложил организовать охоту, на этом берегу нашлось множество следов копыт животных. Взяв с собой десяток лучников, командир скрылся в чаще, перепоручив организацию дозоров Берди.

— Арт, отойдём, надо поговорить, — позвала меня Ада. За время путешествия жена исхудала несмотря на запасы еды, я продолжал экономить, не зная, с чем столкнёмся в дальнейшем.

— Многие жалуются на голод, — начала разговор Ада, — мне ничего не говорили, но Ирима и Тахарис от других женщин слышали такое не раз. Есть случаи, что у женщин пропало молоко от недоедания, может пора открыть бочки с солониной или резать больше животных?

— Шулим пошёл на охоту, мы в местах, где много животных. А солонина — это НЗ, как и наши домашние животные. Они нужны нам для разведения. Первый год будет самый трудный, нам придётся строиться, времени на охоту практически не будет. Ты же не забыла, что такое зима?

— Не забыла, но…

— Я распоряжусь, чтобы увеличили порции еды, перебил жену, — но и ты пойми, примыкая к нам, эти люди должны были сами позаботиться о пропитании. А мы уже месяц кормим их. Конечно, я понимаю, что досыта всех не накормим, но для меня приоритет — наши люди.

Ада промолчала, хотя на лице был виден внутренний протест. Я её понимал, будучи женщиной и матерью, она переживала за всех. После выхода из Вешикоане, в маленьких деревушках к нам присоединялись ещё люди. Присоединилась и группа хеттов, прослышав о нашем походе. Последние примкнувшие практически не имели запасов еды, а если и имели, то минимальный. У меня тоже было к ним сочувствие, но ставить под угрозу караван из-за них было бы глупо. Их кормили по моему распоряжению, может, чуть хуже, чем всех, но кормили. По крайней мере, они дошли до этого места живыми, не потеряв членов своих семей.