Я брел вперед, сам не зная куда иду. Просто шёл и все. А что еще делать, когда в кармане нет ни гроша?

Так-то, конечно, можно было бы в киношку сгонять. Насколько мне не изменяет память, кинотеатры уже должны быть. Забавно, наверное, оказаться в подобном месте. Не думаю, что сильно впечатлюсь, но атмосферности старого немого кино можно было бы попробовать.

Однако… Будем дышать воздухом и думать. Почва для размышлений имеется. Вон со всех сторон сколько поналетело. Господин Соколов, к примеру. Пока не понимаю, как мне выяснить его настоящую личность, а дело это очень нужное и важное.

План, опять же, необходимо накидать по пунктам. Как, когда и какими шагами я начну свой путь к славе и богатству. В общем, дел, так-то, до черта и больше.

Ноги сами собой привели меня к ближайшему скверу. Это был типичный питерский сквер-колодец: небольшой прямоугольник зелени, втиснутый между доходными домами.

Несколько чугунных скамеек, крашенных когда-то в зеленый, а теперь покрытых слоями облезлой краски, ржавчиной и неизбежным птичьим пометом, мысли навевали не самые радужные, вызывая ощущение тоски и безнадёги. Чахлые липы и тополя, которым явно не хватало солнца и воды в этом каменном мешке, только начали распускать листочки.

Воздух в сквере был неподвижен, звуки проспекта доносились сюда приглушенно. Между лавочек лениво, чисто с питерским вайбом, перемещались голуби, выискивая невидимые крошки.

— Мда уж… — Усмехнулся я, вспоминая сцены из фильмов, в которых дореволюционный Петербург показывали прекрасной Северной Пальмирой.

Однако, мои выводы оказались слишком поспешными. Как выяснилось через пару минут, в сквере обитали не только голуби.

У одной из скамеек я увидел весело щебечущую стайку девиц в одинаковой форме. Гимназистки, похоже. Они стояли тесным кружком, оживленно разговаривая и хихикая над чем-то своим, девичьим.

Строгие темные платья до щиколотки, лаковые ботильоны, белоснежные передники. Легкие пальто, гимназистки расстегнули, не иначе как пытаясь насладиться первым весенним теплом.

В руках девушки держали перевязанные лентами стопки книг. Видимо, они недавно закончили обучение и теперь задержались в сквере, чтоб поболтать.

Контраст с только что покинутой квартирой Распутина, где тяжело пахло ладаном и какой-то обреченностью, был разительным. Я словно резко и очень неожиданно с разбегу прыгнул в свежую, бодрящую воду.

Громче всех стрекотала самая бойкая, с ямочками на румяных щеках. Она размахивала томиком в синей обложке, рьяно в чем-то убеждая подруг. Наверное, обсуждала какой-нибудь сентиментальный роман навроде «Ключей счастья».